Пенсионные накопления растут, но почти половина денег по-прежнему работает в минус
В казахстанской пенсионной системе формально все выглядит благополучно. Активы Единого накопительного пенсионного фонда (ЕНПФ) к октябрю 2025 года выросли до 25 трлн тенге, доходность превышает инфляцию, валютный портфель диверсифицирован. Однако почти половина средств фактически «законсервирована» в государственных ценных бумагах с низкой доходностью. Иными словами, пенсионные деньги работают, но не на вкладчиков.
Рост есть. Доходность – тоже
Тем не менее другая часть отчета ЕНПФ напоминает, что система до сих пор живет с «хвостами» частной эпохи. На 1 октября 2025 года фонд продолжает работу с 15 проблемными эмитентами – сумма задолженности составляет 61,5 млрд тенге.
С момента слияния пенсионных накоплений в единый государственный фонд возвращено 38,6 млрд тенге, в том числе 4,3 млрд – в этом году. Полностью погашены долги таких эмитентов, как «Имсталькон» и «Атамекен-Агро». Это небольшая часть от общей суммы активов, но важный показатель: фонд не оставил проблемные активы без внимания и продолжает работу по их возврату.
Низкобюджетный портфель
Пока Минфин размещает облигации, а ЕНПФ их охотно покупает, пенсионная система фактически финансирует бюджетный дефицит. Для государства это удобно – есть стабильный внутренний спрос на госбумаги. Для вкладчиков – сомнительно.
Если отбросить официальную риторику, ГЦБ в портфеле ЕНПФ выполняют две негласные функции. Во-первых, они финансируют государственный долг, помогая правительству закрывать дефицит бюджета без привлечения внешних заимствований. Во-вторых, служат инструментом контроля рисков и денежного предложения, по сути, они решают макроэкономические, а не пенсионные задачи.
Проблема в том, что для вкладчиков это означает одно – их деньги используются для стабилизации экономики, но не для увеличения будущей пенсии. Если бы хотя бы половину этих 42 % направили в корпоративные облигации, акции или альтернативные активы, доход фонда мог бы быть выше на 2–3 % в год. При общем активе в 25 трлн тенге это эквивалентно 600–700 млрд тенге недополученного дохода ежегодно.
Нужен инвестор, а не донор
Регулятор уже заявил, что намерен пересмотреть инвестиционную стратегию. Планируется увеличить долю акций и альтернативных инструментов в валютном портфеле до 40 %. Для сравнения, крупнейшие мировые пенсионные фонды держат до 70 % активов в акциях, инфраструктуре и фондах прямых инвестиций. Это не спекуляция, а способ зарабатывать на длинной дистанции.
ЕНПФ может двигаться в том же направлении, через индексное управление, привлечение глобальных управляющих и диверсификацию по странам и секторам. Такой портфель будет не только прибыльнее, но и менее зависим от казахстанской экономики.
Сегодня успех фонда оценивается по формальной доходности. Однако населению важно другое – насколько реально увеличатся их пенсионные накопления с учетом инфляции. Фонд должен работать не на показатели в отчетах, а на реальное благосостояние вкладчиков.
К 2025 году ЕНПФ наконец показал признаки взросления: портфель стал глобальнее, доходность превышает инфляцию, проблемные активы не забыты. Однако пока 42 % накоплений размещены в низкодоходных ГЦБ, система остается скорее тихой бухгалтерией, чем полноценным инвестиционным институтом.
Если в ближайшие годы правительство решится на структурные изменения – уменьшит долю госбумаг, расширит инвестиционные горизонты и повысит прозрачность управления, то у пенсионного фонда появится шанс.
Фото: DepositPhotos
