Как Казахстану не повторить ошибки Советского Союза более чем 30-летней давности
В апреле тихо и незаметно прошла одна некруглая дата – тридцать первая годовщина апрельского пленума ЦК КПСС. Между тем, это знаменательное событие в истории нашей страны: можно смело утверждать, что финальный отсчет жизни СССР был запущен 23 апреля 1985 года.
И надо откровенно признать, хотя многим этого не хочется делать, что наше текущее состояние типологически очень близко к тому, что представлял собой СССР времен Михаила ГОРБАЧЕВА.
Общий признак, характеризующий оба государства, описан Д. НОРТОМ, Д. УОЛЛСОМ и Б. ВАЙНГАСТОМ в книге «Насилие и социальные порядки. Концептуальные рамки письменной истории человечества»:
«...господство социальных взаимоотношений, организованных при помощи личных связей, включая привилегии, социальные иерархии, законы, которые применяются не ко всем одинаково, незащищенные права собственности…».
В силу такого сходства хотя бы приблизительный анализ горбачевских реформ может быть и актуальным, и полезным.
В СССР не было кризиса, когда Горбачева избрали на пост генерального секретаря ЦК КПСС. Но было серьезное торможение темпов экономического роста. На инфографике мы видим, что темпы роста в 1973 – 1984 упали почти в два раза в сравнении с 1953 – 1964.
Падение темпов роста грозило серьезным отставанием в экономическом развитии от основного конкурента - США, включая гонку вооружений.
В такой ситуации необходимо было что-то предпринять, чтобы придать СССР новый импульс.
Первую попытку вырвать страну из застоя предпринял Юрий АНДРОПОВ. Он мало что успел сделать: половил народ по кинотеатрам и баням в рабочее время - и на этом всё закончилось. Тяжелая болезнь не дала ему возможности продолжить его реформы, содержание которых никто так и не узнал. Но в своем - по-моему, единственном - выступлении на пленуме ЦК КПСС в качестве генерального секретаря в июне 1983 года[1], он в определенном смысле задал направление горбачевским преобразованиям.
«Мы в своем общественном развитии подошли сейчас к такому историческому рубежу, когда не только назрели, но и стали неизбежными глубокие качественные изменения в производительных силах и соответствующие этому совершенствования производственных отношений (…) В сфере экономической ключевая задача – кардинальное повышение производительности труда (…) Главный путь к качественному сдвигу в производительных силах – это, конечно, переход к интенсивному развитию, соединению на деле преимуществ нашего социалистического строя с достижениями научно-технической революции».
Почти два года спустя, на апрельском пленуме ЦК, Горбачев выступил с программным докладом, определившим последние шесть лет СССР. Суть его предложений заключалась в одном абзаце:
«Главный вопрос сейчас в том, как и за счет чего страна сможет добиться ускорения экономического развития. Рассматривая этот вопрос в Политбюро, мы единодушно пришли к выводу, что реальные возможности для этого есть. Задача ускорения темпов роста, притом существенного, вполне выполнима, если в центр всей нашей работы поставить интенсификацию экономики и ускорение научно-технического прогресса, перестроить управление и планирование, структурную и инвестиционную политику, повсеместно повысить организованность и дисциплину, коренным образом улучшить стиль деятельности».
Помощник Горбачева Анатолий ЧЕРНЯЕВ записал в этот день в своем дневнике:
«Не думаю, что у Горбачева уже сложилась более или менее ясная концепция (выделено мной. – Ж.А.), — как он будет выводить страну на уровень мировых стандартов. Прощупываются лишь отдельные признаки методологии, в частности, порядок, договорная дисциплина, довольно чувствительная децентрализация управления и планирования (которая будет ограничиваться лишь стратегией). Сейчас он производит расчистки и расстановку, склонен и к настоящей чистке партии... Он расшатывает сложившиеся при Брежневе догмы, условности, путы парадности, бюрократической инертности, чванства, хапания не по заслугам. Словом, ломает нормы монархической реставрации, которые принесли столько вреда экономике и морали при Брежневе и начали было возрождаться при Черненко».
Собственно говоря, именно отсутствие концепции и привело к метаниям - как во внутренней политике, так и экономике. Политическая проблема заключалась в том, что на самом деле вопрос стоял о демонтаже КПСС как «руководящей и направляющей» силы общества руками самой КПСС, что не могло не вызвать когнитивный диссонанс. А это, в свою очередь, привело к потере управляемости страной, падению авторитета самого Михаила Горбачева – от реальной всенародной поддержки к всенародной же насмешке.
Если говорить об экономике, то последовательно были сделаны возможные ошибки. Ошибка первая – ставка на инвестиции в основной капитал, строительство и ввод новых производственных мощностей. Если не вдаваться в детали и сказать коротко – такая политика усугубляла уже существовавшие диспропорции и дисбалансы и никак не способствовала росту производительности труда.
Ошибка вторая – раз инвестиции не помогают, должно помочь материальное стимулирование. Но рост заработков уже не вел, как было при позднем СТАЛИНЕ и ХРУЩЕВЕ, к росту качества жизни, более того, он вел к росту дефицита и снижению качества жизни.
Эти две последовательные ошибки нанесли по экономике СССР сокрушительный удар.
Какие уроки дает нам апрельский пленум?
Во-первых (и это надо осознавать), мы уже вступили в период трансформации, обновления нашей политической и экономической жизни. Начало этой трансформации положили институциональные реформы, предложенные в прошлом году президентом страны.
Успех их зависит от степени развитости разного рода общественных организаций, от институтов, обеспечивающих равный доступ к ресурсам и материальным благам.
Во-вторых, нет универсальных экономических рецептов на все случаи жизни. Экономическая политика должна вырабатываться на основе широкой общественной дискуссии. Только так можно будет найти надлежащие стимулы к развитию и способы нейтрализации рисков, всегда им сопутствующих.
[1] Ю. Андропов выступил не с докладом, как полагалось ему по должности, а в прениях по докладу. Наверное, это было связано с его тяжелой болезнью.
