Экспедиция Tamyr Central Asia Art Lab началась с истории почти исчезнувшей профессии и превратилась в исследование памяти, мифа и художественного опыта
Каково это – узнать, что тебя растили, чтобы убивать клещей? Вернее, что еще до твоего рождения для тебя приготовили особое испытание: яд, который мог убить любого младенца, но в случае выживания, согласно старинному поверью, наделял необыкновенной способностью. Именно так в кыргызских горах и степях становились жолокчу – теми, кто, как считалось, мог избавлять скот от опасных паразитов. Получил яд и остался жив? Ты прошел испытание. Ты – жолокчу...
С 5 ноября по 5 декабря в Алматы проходит первая выставка независимой художественной лаборатории Tamyr Central Asia Art Lab «Никто не остался в живых». В центре внимания – история кыргызских жолокчу, профессии и судьбы.
Когда-то такие люди были необходимы кочевым животноводам, но сегодня их почти (а может, и вообще) не осталось: об одном из последних писал несколько лет назад в журнале «Вокруг света» Тайтуре Батыркулов. Эта статья и стала «отправной точкой» экспедиции Tamyr Central Asia Art Lab: кураторы и восемь молодых художников из Казахстана, Кыргызстана, Узбекистана и Таджикистана отправились в кыргызский Кадамжай в поисках жолокчу – или воспоминаний о них.
«Вокруг света» за жолокчу
Жолок – так в Южном Кыргызстане называли разновидность клещей, представлявших серьезную опасность для домашних животных. Они могли уничтожать целые стада, а обычные ветеринарные средства, как рассказывалось в статье Тайтуре Батыркулова «Жолок и жолокчу», не всегда помогали справиться с этой напастью.
В таких случаях животноводы обращались к жолокчу – человеку, который, согласно народным представлениям и свидетельствам, мог изгнать клещей с животных, набрав в рот воды и обрызгав ею стадо. Никаких заклинаний или специальных ритуалов при этом не требовалось.
Тайтуре Батыркулов рассказывал об Абдыкайыме Саттарове, которого автор называл последним жолокчу Кыргызстана. По словам самого аксакала, к профессии жолокчу ребенка готовили еще до его рождения: семья, которой нужен был такой человек, решала, что следующий новорожденный пройдет через чрезвычайно опасный «обряд посвящения» – младенцу давали раствор порошка из высушенного клеща, то есть яд. Не каждый мог пережить такое испытание, но Абдыкайым-ака, как утверждалось в публикации, выжил и потом помогал животноводам избавляться от паразитов.
Как рассказал на открытии выставки «Никто не остался в живых» Марат Райымкулов (Бишкек), они сами узнали об этой традиции из статьи в «Вокруг света».
«Мы поехали в надежде, что хоть что-то удастся найти, хотя это и могло оказаться фейком. Когда приехали, то удивились, что семья живет и продолжает помнить эту историю».
В незнакомую историю
В течение недели участники разговаривали с местными жителями, собирали воспоминания, записывали истории и наблюдали за жизнью небольшого кыргызского города. Постепенно первоначальный «синопсис» расширился: художники стали интересоваться не только жолокчу, но и тем, как вообще появляются и сохраняются рассказы, почему одни из них передаются из поколения в поколение, а другие исчезают, и где проходит граница между достоверным свидетельством и легендой.
Любопытно, что у них не было задачи доказать или опровергнуть существование необычных способностей жолокчу. Кураторы предложили участникам исследовать само устройство знания: почему мы доверяем одним рассказам, сомневаемся в других и как личные воспоминания со временем превращаются в коллективную историю.
А главное – что испытывает во время такой экспедиции сам художник.
«Что происходит с художником, когда он выходит за пределы привычных способов работы, оказывается в незнакомой среде и сталкивается с историей, в которой трудно отделить реальные события от мифа? Может ли сам этот опыт стать основой художественного высказывания?» – говорится в пресс-релизе выставки.
Экспозиция «Никто не остался в живых» дает ответ – может.
Причем в отдельных работах на выставке этот новый опыт совмещается – то ли с прежним, то ли с воспоминаниями – и не обязательно твоими собственными. Казахстанская художница Savage qyz, используя фотографии, снятые во время экспедиции, сделала черные силуэты людей (и не только) на белом фоне – а потом сложила их в казахский орнамент. Почти как на коврах алаша.
Приезжай в Кадамжай
Первую кураторскую программу Tamyr Central Asia Art Lab разработала кыргызская группа «Заманбап искусство» – художник Марат Райымкулов, исследовательница Асель Рашидова и поэт Батыр Койчуев. Образовательный блок получил название «Скорее волна, чем частица». Его участникам не предлагали двигаться к заранее определенному результату: напротив, они могли самостоятельно формулировать вопросы, менять привычные методы работы и экспериментировать.
Директор Tamyr Art Lab Рус Бикетов объясняет, что одна из задач арт-лаборатории – создать для художников пространство, в котором неудачный эксперимент не воспринимается как провал. По его словам, сегодня появление новых художественных институций и крупных инвестиций в искусство одновременно расширяет возможности и усиливает осторожность: художники нередко предпочитают проверенные решения, опасаясь рисковать. В Tamyr же считают важным не только то, что получилось в итоге, но и сам процесс поиска. Окончательные результаты этой работы, по мнению Руса Бикетова, можно будет оценить лишь спустя годы.
Фото: Борис Егоров
Для Tamyr Central Asia Art Lab первая стипендиальная программа – начало более масштабной работы. Лаборатория намерена развивать профессиональное сообщество художников и кураторов региона, организовывать встречи и поддерживать независимые художественные инициативы. В планах — программы Tamyr Art Scene и Tamyr Grant Program, которые должны укреплять связи между Алматы, Бишкеком, Ташкентом и Душанбе.
...«В рамках» укрепления этих связей художница из Таджикистана Husnoro Juraeva после поездки в Кыргызстан сделала шутливый туристический буклет «Приезжай в Кадамжай». «Тут горы, легенды, фрукты, приключения...» — пишет художница и оставляет отдельное замечание для соотечественников: «Пометка для граждан Таджикистана: не бойтесь, кыргызы добрые».


