Занимательная история Казахстана от Андрея Михайлова
Рисунок Чокана Валиханова. Казахи Старшего жуза. Фрагмент.
Сведения о лукулловском чревоугодии казахов, каждому, кто работает со старыми источниками и свидетельствами наблюдателей, приходится встречать многократно. "Сообразить на троих" одного барашка – считалось в Степи предметом доблести и гордости настоящих батыров. Из уст в уста передавались и другие подобные гастрономические подвиги. Рассказы эти и становились основой для широкого прославления гипертрофированного казахского аппетита.
Съест и выпьет за троих!
Гастрономические достоинства безразмерных желудков у номадов отмечали ещё ранние исследователи казахского быта. Так А. И. ЛЁВШИН в своём "Описании киргиз-казачьих или киргиз-кайсацких орд и степей" (1832), писал следующее:
"Пробыть день без питья и два дня без пищи совсем не тягостно для здорового киргиза, зато при первой возможности он съест и выпьет за трёх. Нельзя без изумления смотреть на людей, славящихся в сём народе обжорством: они истребляют, как звери, невероятное количество кумыса и мяса. Один из таковых, съев в присутствии нашем ягнёнка месяцев шести, вызвался тотчас уничтожить другого, и товарищи за него ручались".
Об этом же на заре нового века рассказывал немецким читателям Ф. фон ШВАРЦ ("Туркестан – ветка индогерманских народов", Фрейбург, 1900):
"Непостоянная, полностью зависящая от климатических и погодных условий жизнь, возвращающееся каждый раз голодное время зимой и изобилия летом закалили киргиз-кайсака таким образом, что он в случае необходимости без особых жалоб целые дни без воды и недели без всякой еды. Но если ему потом после горного воздуха представляется возможность насытить свой аппетит, то он в состоянии за один раз поглотить баснословное количество мяса".
Таких цитат можно насобирать множество, но остановимся на этих, весьма характерных. Тут следует обратить внимание на два момента.
Во-первых, у Лёвшина речь идёт не про обобщённое обжорство казахов, а про выдающихся обжор среди казахов. (А у кого их, собственно, не было?) И про здоровый аппетит, характерный для любого голодного человека.
Во-вторых, более характерная черта, на которой настаивают оба приведённые автора – выдающаяся способность казахов подолгу вообще оставаться без пищи и стоически переносить все лишения.
Месяцами без хлеба и мяса
Это умение казахов довольствоваться малым привлекало внимание сторонних наблюдателей гораздо сильнее, чем способность в огромных количествах поглощать мясо и кумыс. Выносливость к голоду (и жажде) более всех восхищало военных и записывалось в несомненный "актив" как казахам-друзьям, так и казахам-противникам.
Вот, что пишет и военный писатель В. Н. ЗАЙЦЕВ "История 4-го Туркестанского линейного батальона":
"Киргизу, например, ничего не значит по целым месяцам не есть ни хлеба, ни мяса, а довольствоваться одною жареною крупою, которую он всегда имеет в запасе, а при недостатке ея - даже кореньями".
Откровенно эта черта казахов восхищает и Н. ФРИДЕРИКСА ("Туркестан и его реформы. Из записок очевидца"., 1869):
"Киргиз чрезвычайно перенослив; ему не в диковинку, например, несколько дней оставаться без пищи. Не говоря о бедных, даже зажиточные, собираясь в дорогу, хотя бы и за 300 верст, никогда почти не берут с собою съестных припасов; редко у какого-нибудь джигита заметишь привязанную к седлу баранью копченую ногу, а едет компания человек в 7 и более.
…При мне из Борохудзирского отряда посылались за границу, в разъезд за 20 и более верст, два охотника-киргиза; им поручено было пробраться в китайский город Аккент, где, по слухам, появилось сборище таранчей, и привезти сведения в отряд. На тощих маленьких лошаденках, один с пикой, другой с заржавленною саблею старинного образца, собрались молодцы перед вечером в опасный путь, и когда я заметил, что у них нет ничего с собою съестного - а между тем все почти западные китайские города и селения разорены и обращены в пустынные развалины, среди которых истлевают только трупы людские, жертвы жестокости дунгеней и таранчей - то они весело отвечали, что уже пообедали. Через сутки удальцы вернулись.
…Один из старших султанов Большой орды рассказывал мне, что ему случалось в молодости на баранте быть без пищи по 8 дней".
С картины Абылхана Кастеева. Бешбармак.
Осторожность степного жителя
Несмотря на то, что некоторые наблюдатели (Ф. фон Шварц, к примеру), приводят "случаи из жизни", когда изголодавшие от долгого отсутствия пищи степняки накидывались на еду, и это приводило к летальному исходу (сюжет, опять же, распространённый в "охотничьих рассказах" народов разных стран мира), исследователи более объективные часто высказывают противоположное мнение.
Так, подполковник КРАСОВСКИЙ ("Материалы для географии и статистики России. Область сибирских киргиз", 1868) акцентирует внимание вовсе не на фатальном невоздержании кочевников. А, напротив, прямо пишет о том, что:
"Осторожность степнаго жителя в этом отношении, как и в других, заслуживает особеннаго внимания. В ущерб здоровью он никогда ничем не увлечется. Будучи томим жаждою, не бросится тотчас к холодной воде, если только сильно устал, а всегда сначала отдохнет, а нет времени на отдых, то подмешает к воде сыру или толокна и потом уже пьет… Случаи невоздержания в пище, пренебрежения к холоду и т. п., конечно, встречаются, но нельзя сказать, чтобы часто, и было бы несправедливо по нескольким, хотя и поразительным примерам подобнаго рода говорить о прожорливости, свойственной будто бы всем киргизам, о их беззаботности и т. п".
Андрей Михайлов - писатель, автор серии книг "Как мы жили в СССР".
ПОДПИСЫВАЙТЕСЬ НА НАШ КАНАЛ И ЧИТАЙТЕ НАС В TELEGRAM!
