Цифровые коридоры, сеть СЭЗ и кибербезопасность вошли в число ключевых тем двух саммитов в Туркменистане
В начале октября 2026 года туркменский курорт Аваза на два дня превратился в главную дипломатическую площадку Евразии. Сопоставление итогов 8-й Консультативной встречи лидеров Центральной Азии с Азербайджаном (8 октября) и заседания Совета глав государств СНГ (9 октября) высвечивает важнейший смысловой сдвиг: регион делает попытку окончательно перейти от дипломатии деклараций к экономике общих интересов.
Ключевым критерием успеха в евразийской политике становится не объём подписанных документов, а то, как изменятся условия для бизнеса, скорость движения товаров и повседневная безопасность граждан после таких саммитов.
Каспий как ось интеграции: решения Консультативной встречи (8 октября)
Участие Азербайджана в консультативном формате лидеров Центральной Азии уже не является эпизодическим. Саммит в Авазе зафиксировал постоянный характер этой шестисторонней связки, за чем стоит глубокая геоэкономическая трансформация.
Каспийское море всегда было частью географии региона, но сегодня оно превращается в главную ось связывания производственных и ресурсных мощностей Центральной Азии с логистикой Южного Кавказа и дальнейшими выходами на рынки Турции и Европы.
На Консультативной встрече 8 октября президенты Казахстана и Узбекистана заложили прикладную основу этой связанности. Так, Касым-Жомарт Токаев поставил задачу поднять объем внутрирегиональной торговли с нынешних 13 млрд до 20 млрд долларов, сделав акцент на формировании цепочек добавленной стоимости, совместном управлении водными ресурсами, развитии транспортных коридоров и кооперации в сфере искусственного интеллекта.
В свою очередь, Шавкат Мирзиёев сформулировал концептуальный ориентир для региона: «шесть экономик — один продукт». Это сдвиг от простой торговли ресурсами к объединению промышленных и технологических потенциалов для создания совместных конечных товаров.
СНГ (9 октября): от Стратегии-2035 к цифровым коридорам и сетям СЭЗ
На следующий день на саммите СНГ масштаб обсуждения расширился, и именно здесь лидеры предложили конкретные институциональные и цифровые инструменты реализации этих идей. Казахстан предложил рамку и «цифру»: Токаев выступил с инициативой разработать Стратегию развития СНГ до 2035 года и сформировать портфель флагманских проектов на 2027–2030 годы. Вместе с тем он сделал акцент на практике: создании единого цифрового коридора и электронном обмене разрешительными документами (включая уже реализуемые проекты с Узбекистаном и Кыргызстаном). Казахстанский лидер, по всей видимости, здесь руководствовался такой логикой: задержки на таможне не должны отнимать у бизнеса больше времени, чем сама транспортировка.
На площадке СНГ Мирзиёев конкретизировал свой производственный подход, предложив объединить специальные экономические зоны (СЭЗ) и индустриальные парки государств Содружества в единую сеть, развивать интегрированные логистические центры и создать общую информационную систему транспорта.
Высказанные предложения не встретили возражений, потому что различия национальных моделей экономики не отменяют взаимного интереса стран СНГ:
- Россия, чьи объёмы торговли со странами Содружества превысили 110 млрд долларов, акцентирует внимание на устойчивости связей и сохранении сквозной инфраструктуры. Президент России Владимир Путин на саммите говорил о необходимости дальнейшей модернизации коридоров «Север–Юг» и «Восток–Запад», а также о формировании новых производственных и транспортных цепочек. Он также подчеркнул, что переход на расчёты в национальных валютах — это уже достигнутый практический результат: их доля превысила 90%. Это не только показатель устойчивости экономических связей на евразийском пространстве, но и фактор независимости от долларовой системы в условиях снижения её глобальной роли.
- Беларусь в лице Александра Лукашенко поддержала призывы к результативности, предложив оценивать каждую инициативу через практическую «ценность присутствия» для экономики конкретной страны.
Можно отметить, что выступления Касым-Жомарта Токаева и Шавката Мирзиёева продемонстрировали глубокую смысловую синхронизацию на двух состоявшихся саммитах.
Узбекистанское председательство: проверка Бухарой
В 2027 году председательство в СНГ переходит к Узбекистану. Ташкент входит в этот этап с масштабным проектным пакетом — от унификации правил грузоперевозок до поддержки инициативы Туркменистана объявить 2029 год Годом транспортной связанности СНГ.
В потенциале предстоящее председательство способно стать площадкой для сближения стратегической рамки Токаева (Стратегии-2035) с прикладной проектной повесткой Мирзиёева. Оценивать эти усилия лидеры смогут в октябре 2027 года на саммите в Бухаре.
Безопасность как часть цифровой экономики
Взаимосвязь между обеими встречами прослеживается и в сфере безопасности. Цифровизация торговли и транспорта открыла новые уязвимости для трансграничного мошенничества и киберпреступности.
Инициатива Узбекистана о создании Совместного контактного центра по реагированию на киберпреступления демонстрирует важный сдвиг: цифровая интеграция невозможна без институтов доверия. Если финансовые и транспортные каналы переходят в «цифру», защита данных становится такой же приоритетной задачей, как и охрана государственных границ. Казахстан и Россия подтвердили этот диагноз: мошеннические схемы давно действуют поверх границ, и победить их поодиночке невозможно. Поэтому Токаев назвал мошенничество в цифровой сфере угрозой национальной безопасности, а Путин поддержал пакет решений по киберпреступности.
Поэтому инициатива Ташкента важна и как инструмент безопасности, и как фактор интеграции: она создаёт понятную гражданам сферу, где сотрудничество даёт ощутимый результат.
Историческая память: от официального заявления к глубокому смыслу
Особое место в Авазе на саммите СНГ заняло принятие Заявления о сохранении исторической памяти. На официальном уровне документ решает важнейшую задачу — фиксирует общий фундаментальный барьер против реабилитации нацизма, героизации нацистских преступников, расизма и ксенофобии. Память о Победе и совместном созидательном труде по восстановлению страны остаётся той базовой платформой, где позиции государств-подписантов незыблемы.
Вместе с тем за официальными формулировками просматривается концептуальный поворот, который, используя язык теории международных отношений, можно называть «неделимой онтологической безопасностью».
Если классическая безопасность отвечает за защиту границ, то онтологическая — за устойчивость коллективной идентичности общества и непрерывность его исторического пути. Эта идея приобрела особую актуальность в связи с предложением о разработке Хартии многополярности XXI века, выдвинутым российской стороной на министерской встрече в ходе 81-й сессии Генеральной Ассамблеи ООН в сентябре 2026 года.
На пересечении этих дискуссий формулируется ключевой принцип евразийского добрососедства: укрепление собственной идентичности и национальной памяти не должно строиться на отрицании или унижении исторического опыта соседей.
Заявление в Авазе демонстрирует именно такой разумный компромисс: совместная работа архивистов, сохранение памятников и поисковые движения развиваются без навязывания тотальной идеологической монополии. В результате историческая память перестает быть полем для взаимных политических претензий и превращается в ресурс психологического доверия, необходимого для реализации сложных экономических проектов.
Главный критерий
Саммиты в Авазе не создали какой-то единой наднациональной модели, но они зафиксировали переход к глубокому реализму. Мы видим, что евразийское сотрудничество стремится перейти от искусственного единообразия в документах к реальным прагматичным результатам.
Дальнейший критерий успеха прозрачен: запустится ли единый цифровой коридор, заработает ли Совместный контактный центр по киберпреступности и исчезнут ли изъятия из зоны свободной торговли. Если предложенные инициативы получат финансирование, ответственных исполнителей и жесткие графики, то дипломатический диалог трансформируется в устойчивый экономический рост всего региона.
