Часть 1. Вступительная заметка
Уровень скептического отношения к экономике как к науке и экономистам как ученым в нашей стране довольно высокий. Во всяком случае, мы неоднократно слышали критику со стороны главы государства в адрес ученых экономистов.
Но самое интересное заключается в том, что это не исключительная особенность нашей страны. Семейная пара известных экономистов, Абхиджит БАНЕРДЖИ и Эстер ДЮФЛО, оба лауреаты премии имени Альфреда НОБЕЛЯ по экономике, в своей книге "Экономическая наука в тяжелые времена" приводят очень любопытный факт: в 2017 г. аналитическая компания YouGov провела в Великобритании опрос, в котором задавался следующий вопрос: "Кто из представителей перечисленных занятий заслуживает наибольшего доверия, когда говорит о своей области специализации?" Первое место заняли медсестры. 84 % людей ответили, что они доверяют им. На последнем месте оказались политики с пятью процентами (хотя членам парламента от своего округа доверяет несколько больше опрошенных, 20 %). Экономисты оказались сразу перед политиками, им доверяет 25 %. Доверие к синоптикам было в два раза выше.
Среди множества причин такого скепсиса следует особо остановится на следующей – все ждут от экономистов простых и точных рекомендаций или прогнозов. Власть хочет узнать ответ на вопрос: как прямо сейчас ускорить рост экономики? Публика хочет узнать в чем сохранять свои сбережения, причем чтобы было надежно и с высокой доходностью.
Экономист может ответить на эти вопросы. Но, во-первых, может случиться так, что он ошибется, что только укрепит скептическое отношение к экономистам.
А во-вторых, даже когда он прав, к нему редко кто прислушивается. Для примера, возьмем ситуацию в мировой и отечественной экономике по состоянию на 20 февраля этого года. Если бы в этот день кто-нибудь спросил бы у любого экономиста: "Что будет с курсом тенге по отношению к доллару в ближайшие пару недель?", – то он ответил бы, что никаких фундаментальных причин для резкого изменения курса нет, что возможны незначительные колебания, вызванные случайными факторами. Но 24 февраля случилось вторжение России в Украину, западные страны ввели масштабные секторальные санкции против России и курс рубля, а за ним и тенге, по отношению к доллару и евро рухнул. Никакой экономист начала войны предвидеть не мог. Более того, серьезные военные эксперты рассказывали, что война невозможна, и приводили довольно убедительные аргументы в обоснование своей позиции.
Самое важное в этом примере заключается в другом: экономисты были правы – никаких фундаментальных причин для ослабления рубля и тенге не было. Более того, если говорить о рубле, то, наоборот, налицо были все признаки того, что он укрепится. Лично я об этом писал в своей заметке от 2 марта "Насколько "сокрушительные" санкции против России сокрушительны | Аналитический Интернет-портал (ratel.kz)": "Сейчас цены на нефть высокие, санкции на экспортные российские товары (эмбарго) не введены. Поэтому нет оснований ожидать, что чистый приток валюты станет отрицательным ... Если, вдобавок к этому, снизится инвестиционная активность за рубежом, то у ЦБ есть все возможности устоять и не допустить долгосрочного падения рубля. Буря стихнет и рубль укрепится. К каким значениям сказать трудно, но явно ниже текущих".
Что было действительно трудно предвидеть – это массовый добровольный исход зарубежных компаний из России из отраслей, не попавших под санкции, что привело к резкому сокращению импорта и избыточному укреплению рубля.
И, наконец, в-третьих, настоящие экономисты говорят Обществу и Власти о самом неприятном – об ошибках, которые они совершают. Например, наша Власть совсем не хочет слышать о том, что все ее программы экономического развития, которые она штампует с завидной скоростью, неэффективны. Почему так происходит, очень понятно – за признанием неэффективности программ развития неизбежно следует необходимость признать принципиальную неэффективность политического устройства нашей страны.
От экономистов хотят услышать похвалы мудрой политике Власти и чудодейственные рецепты экономического успеха. Ни того, ни другого экономисты дать не могут.
Абхиджит Банерджи и Эстер Дюфло утверждают, что экономисты не физики-теоретики, не инженеры, а больше похожи на сантехников - экономисты решают проблемы с помощью комбинации из интуиции, основанной на науке, некоторых догадок, основанных на опыте, и множества проб и ошибок.
Экономисты могут объяснить, что происходит и почему так происходит, могут предложить способы решения проблем, реализация которых требует от политиков усердного труда, упорства и мужества, потому что часто, когда проводятся реформы, приходится идти против общественного мнения.
Читателю предлагается цикл заметок, в которых будет рассказано про инфляцию, экономический рост, банковское кредитование и доходы населения – что происходит, почему происходит, какие есть проблемы и как их можно устранить.
Фото: Getty Images.
ПОДПИСЫВАЙТЕСЬ НА НАШ КАНАЛ И ЧИТАЙТЕ НАС В TELEGRAM!
