Многих встревожили заявления отдельных российских политиков о необходимости ввода войск на Украину для защиты соотечественников. Может ли и Казахстан оказаться объектом агрессии со стороны России? Пре
Многих встревожили заявления отдельных российских политиков о необходимости ввода войск на Украину для защиты соотечественников. Может ли и Казахстан оказаться объектом агрессии со стороны России? Представители многомиллионного русскоязычного населения республики - это казахстанцы или «пятая колонна», как называют их некоторые местные националисты?
У нас, к сожалению, нет данных об отношении казахстанцев к событиям, происходящим в Украине. Хотя, безусловно, эта крайне актуальная тема требует социологического рассмотрения для условий Казахстана.
Я отчасти попробую обрисовать ситуацию, опираясь на данные опроса, который мы провели по итогам военных действий между Россией и Грузией в августе 2008 года. Конечно, полностью экстраполировать ту ситуацию на сложившуюся сейчас неверно, но вместе с тем, на мой взгляд, есть основные базовые обстоятельства, которые как тогда играли важную роль, так и играют сейчас.
Первый фактор - это сложившиеся внешнеполитические предпочтения граждан Казахстана.
По результатам опросов можно выделить три наиболее крупные группы респондентов, условно обозначенные, как «постсоветские консерваторы» (более трети), «друзья многовекторности» (четверть опрошенных) и «патриоты-почвенники» (пятая часть). Это распределение предпочтений хорошо заметно при оценке случившегося конфликта.
Результаты опроса показывали наличие серьёзной поддержки действий России в ее противостоянии с Грузией среди населения Казахстана (80% одобряли). При этом в двух группах («постсоветские консерваторы» и «друзья многовекторности») уровень поддержки был выше, чем в группе «патриотов-почвенников». Хотя и в этой группе доля поддерживающих действия России была выше 60%.
В разрезе социально-демографических групп обращают на себя внимание существенные различия в оценках этого вопроса представителями различных этнических групп: казахи склонны в меньшей степени (67%) поддерживать позицию России, чем русские (86%) и представители других национальностей (78%).
Также заметны различия среди различных возрастных групп – чем старше респонденты, тем выше среди них доля тех, кто поддерживает Россию, и, наоборот, в более молодых группах доля не одобряющих Россию несколько выше, чем среди старших.
Второй фактор – информационный.
В тот момент имел место высокий уровень информированности казахстанцев о российско-грузинском противостоянии (в сентябре 2008 года 86% опрошенных слышали/знали о нем), при этом среди казахов уровень информированности был ниже, чем среди русских. В настоящий момент в связи с экстраординарностью событий доля осведомлённых может быть ещё выше.
Основными каналами информации о столкновениях между Россией и Грузией являлись казахстанские (для более чем половины опрошенных) и российские (для чуть более трети) СМИ; доля западных СМИ ничтожна мала. Еще одним упоминаемым каналом стали разговоры с родственниками и знакомыми.
Наблюдалась разница в выборе каналов информации в зависимости:
• от места жительства: горожане чаще называли российские СМИ, сельчане – казахстанские;
• от этнической принадлежности: казахи предпочитали казахстанские СМИ, русские – российские.
Также следует отметить, что чем старше опрошенные, тем чаще они прибегали к казахстанским СМИ, и, наоборот, молодые респонденты предпочитали российские ресурсы.
Третий фактор – отсутствие внятной позиции Казахстана.
76% респондентов лично поддерживали позицию России в данном военном конфликте. При этом при оценке позиции страны (ответ на вопрос: «Знаете ли Вы, какую политическую позицию занял Казахстан по отношению к данному конфликту?») обнаружились разночтения. Только половина опрошенных была уверена, что и Казахстан занял такую же позицию, т.е. поддержал Россию. Около трети опрошенных не знали, какую именно позицию заняла республика в этом вопросе. Каждый восьмой респондент посчитал, что Казахстан занял нейтральную позицию.
Исследование выявило разницу в оценках позиции Казахстана среди респондентов из различных социальных групп. Так, например, среди сельчан (основных потребителей информации официальных телеканалов) почти в два раза, по сравнению с горожанами, ниже доля тех, кто считает, что Казахстан занял нейтральную позицию. Русские чаще, чем казахи и представители других этнических групп, были убеждены, что Казахстан поддержал Россию. С этим мнением также были более согласны и респонденты старших возрастных групп.
Хочу отметить, что не считаю правильным осуществлять автоматический, механистический перенос того, что происходит в Украине, на ситуацию в Казахстане. Тем более, рассуждать о собственном населении в формате поиска врагов-представителей «пятой колонны» и так далее. Несомненно, в обществе присутствуют разнообразные интересы и предпочтения, но только на этом основании приписывать Казахстану «украинские конструкции» считаю глупым и опасным.
У нас, безусловно, есть проблемы и их надо решать. Например, в информационной сфере эти проблемы уже давно назрели и перезрели. Однако на опыте формирования общественного мнения по российско-грузинскому конфликту уже очевидно, что со стороны государства населению должны быть даны точные ориентиры в отношении сложившейся ситуации и собственной позиции, чтобы избежать в дальнейшем двусмысленности и создания основ для раскачивания внутриполитической ситуации заинтересованными силами как внутри страны, так и извне.
(Автор - Гульмира ИЛЕУОВА, президент Общественного фонда «Центр социальных и политических исследований «Стратегия»)
