В чьих интересах правительство отпустило цены на бензин
Наука политэкономия от Адама Смита обогатилась новаторским знанием. Кабинет Карима МАСИМОВА ввел в обиход новый экономический закон а-ля Казахстан: если в стране что-то отпускается в свободное плавание, то оно непременно дорожает. Отпуск тенге две недели назад привел к удешевлению национальной валюты на треть, а вчерашний отпуск бензина заставил владельцев АЗС мгновенно поменять ценники на заправках со 108 до 130.
Мой знакомый, давно живущий в Канаде, первое время никак не мог привыкнуть к тому, что цена на горючее на заправках может меняться практически ежедневно – в зависимости от колебаний мировых цен на нефть. Казахстанцы же весь последний год недоумевали: вроде стоимость барреля нефти на мировых биржах ушла в крутое пике со 140 до 50 долларов за баррель, а цена бензина на АЗС в мае текущего года поднялась с отметки в 99 тенге до 108, и Министерство энергетики стойко держало оборону от населения на этом бастионе. Даже несмотря на то, что цена на нефть, поставленную недропользователями на внутренний рынок на переработку в 2014 году, составляла 48 тысяч тенге за тонну, а в 2015 году – всего 23 тысячи тенге за тонну. Разница, видимо, повинуясь закону сохранения энергии, аккумулировалась где-то на оффшорных счетах.
В конце августа стало известно, что один из трех нефтеперерабатывающих заводов в стране – Павлодарский – останавливается на плановый ежегодный ремонт. А пару дней назад об остановке в конце сентября на ремонт заявил и второй завод – Атырауский. В воздухе запахло керосином. Люди поняли: быть беде. И потянулись на заправки с канистрами. Потому что четко усвоили стиль работы кабинета министров: создать в стране проблему, а потом героически решать ее. За наш с вами счет. Ежу понятно, что остановка двух из трех НПЗ вызовет в стране дефицит бензина.
«Если мы будем так дальше продолжать, то в скором времени, даже в конце сентября мы получим большой дефицит в стране», – сообщил вчера на брифинге первый вице-премьер Казахстана Бахытжан САГИНТАЕВ. Избежать же дефицита, по его мнению, можно одним способом – отправив цены на заправках в свободное рыночное плавание. «Когда у нас нестабильность курса валют, на мировых рынках и у нас, котировки нефти постоянно скачут, мы должны такое ценообразование на нефтепродукты, которое носило бы очень гибкий и адаптивный характер», – сказал первый вице-премьер, видимо, забыв уточнить, что нефтяные котировки если и скачут в последнее время, то преимущественно в одну сторону – сторону понижения.
Наивно думать, что после отказа правительства от регулирования цен на один из товаров первой необходимости, в который превратился бензин, его стоимость будет регулировать рынок. Регулятором, как и прежде, будет выступать олигархат, оккупировавший и криминализировавший отрасль нефтепереработки и сбыта ГСМ. Сегодня, в соответствии с контрактами на недропользование, каждая нефтедобывающая компания обязана поставлять часть продукции на внутренний рынок для переработки на НПЗ. Однако отгрузить напрямую свою нефть на завод она не сможет при всем желании – у каждого завода долгосрочные контракты с поставщиками (по сути – перекупщиками), и чужие здесь не ходят. Причем, если посмотреть список этих перекупщиков, то можно легко заметить, что рынок монополизировали 4-5 компаний. При желании антимонопольные органы легко могли бы отследить и их аффилированность. Если желание такое у них, конечно, возникнет. И если бенефициары этих компаний не обломают антимонопольщикам зубы.
Аналогичная ситуация складывается и на выходе: у каждого завода есть свои любимые оптовики, у тех – мелкооптовики, а уже потом горючее уходит на АЗС к потребителю. Сейчас, после того, как правительство умыло руки в сфере регулирования цен, и те, и другие вольны устанавливать свободные, милые их сердцу, цены на бензин. А кроме того, злые языки давно говорят о «шапках» на каждую отпущенную каплю горючего, которые, по слухам, опять же достигают 100 долларов с тонны. Но у нас ведь в стране презумпция невиновности, верно? Поэтому кличка «сто баксов», прибавляемая к имени одного из топов компании-крупнейшего оптовика, по которой он известен в профессиональных кругах (как когда-то российский экс-премьер с кличкой «Миша-два процента») – это просто извращенное чувству юмора благодарных потребителей.
