Как Главная военная прокуратура полковника спасала

3576 просмотров
0
Ольга ВОРОНЬКО
Четверг, 15 Мая 2025, 13:00

Прокуроры превратили 200 миллионов взятки начальника управления капстроительства Минобороны в 10, и вместо 15 лет лишения свободы тот получил всего 4

В 2023 году Управление капитального строительства Республиканского государственного учреждения “Главное управление военной инфраструктуры Вооружённых сил” Министерства обороны РК (ГУВИ), выполняя постановление правительства, заключило договоры с подрядчиками – АО “Әскери құрылыс” и РГП на ПХВ “Еңбек” КУИС МВД РК – на поставку модульных зданий для нужд вооружённых сил на общую сумму 3 578 794 000 тенге.

Читайте также
Сотрудник минпрома, отметив выписку ребенка из роддома, заболел

Подрядчики, в свою очередь, как водится, заключили договоры на поставку с субподрядчиками – ТОО “KUN Ground”, где учредителем являлся Рустам УМУРЗАКОВ, и ТОО “Modul Trade”, где Умурзаков числится заместителем директора по технической части, на сумму 3 051 524 430 тенге.

После этого начальник управления капстроительства ГУВИ Ербол ТАЖИБАЕВ, без рапорта которого оплата модулей поставщикам пройти не могла, позвал Умурзакова к себе в ГУВИ по адресу: г. Астана, ул. Ауэзова, д. 7-а. Там полковник, как опять же водится, озвучил сумму “отката” – 320 миллионов (десять процентов). В противном случае, сказал он, платить за модули не будет, и субподрядчики разорятся. Бизнесмен сообщил, что больше 200 миллионов не даст, как ни проси. Тажибаев согласился. Вслед за этим поставщик поставил ещё одно условие: взятку он будет передавать частями – по мере подписания актов приёма-передачи и оплаты за модульные здания.

В начале марта 2024 года Тажибаев вызвал Умурзакова и спросил, где откат? Пригрозил, что его руководство может дать команду на расторжение договоров.

28 марта бизнесмен обратился с заявлением в Антикоррупционную службу. 29 марта, примерно в 10:30, Умурзаков по требованию Тажибаева приехал в ГУВИ, где полковник потребовал как можно быстрее передать ему 10 миллионов через посредника, называя взятку “эскизники” и “техническая спецификация”.

30 марта, после запланированного совещания с подрядными и субподрядными организациями в здании ГУВИ по поставке модульных зданий, Тажибаев повёл Умурзакова в отдельный кабинет, где сообщил, что деньги нужно передать через его доверенное лицо по имени Дархан. В этот же день полковник послал на встречу с Умурзаковым ещё одного субподрядчика – директора ТОО “Урпек Сервис” Дархана РСМАГАНБЕТОВА. В 14:35 Рсмаганбетов и Умурзаков встретились на улице Момышулы, д. 2-в, и в “Лексусе-570” первого состоялась передача 10 миллионов, из которых вся сумма являлась муляжом.

Читайте также
Павлодарские судьи разрешили казахстанцам защищаться

А дальше начались странности.

Первоначально в обвинительном акте было указано, что Тажибаев согласился на взятку в 200 миллионов. Согласно пункту 3 статьи 3 УК, сумма, превышающая десять тысяч месячных расчётных показателей, признаётся особо крупным размером взятки. 200 миллионов тенге – это больше 10 000 МРП (10 000 × 3692 тенге = 36 920 000 тенге).

Постановлением органа расследования деяние Тажибаева Е. С. было квалифицировано как покушение на получение взятки в особо крупном размере – по части 4 статьи 366 УК. Однако надзирающий прокурор Главной военной прокуратуры Республики Казахстан передал дело в суд по части 3 статьи 366 – то есть за взятку не в особо крупном, а просто в крупном размере.

Более того, на стадии судебного разбирательства адвокаты полковника заявили, что на руки он успел получить только 10 миллионов, да и те в основном фальшивые. Гос­обвинение с готовностью, прямо перед прениями, молниеносно переквалифицировало обвинение – с крупного размера на значительный.

Между тем, согласно Уголовному кодексу:

  • За взятку в значительном размере – штраф от 50- до 60-кратной суммы взятки либо лишение свободы на срок от 3 до 7 лет;
  • За взятку в крупном размере – штраф от 60- до 70-кратной суммы либо от 7 до 12 лет лишения свободы;
  • За взятку в особо крупном размере – штраф от 70- до 80-кратной суммы либо от 10 до 15 лет лишения свободы.

Судья военного суда Акмолинского гарнизона Адильбек БАТЫРХАНОВ признал: “Необоснованно и без оснований существенно снижен объём обвинения… Если взятка в значительном, крупном или особо крупном размере получена частями, но эти действия представляют собой эпизоды одного продолжаемого преступления, содеянное должно квалифицироваться как получение взятки в значительном, крупном или особо крупном размере. Несмотря на то, что 200 000 000 тенге является особо крупным размером, суд по своей инициативе не может изменить объём обвинения, так как в соответствии с частью 1 статьи 340 УПК проводит главное судебное разбирательство только в отношении подсудимого и в пределах того обвинения, по которому он предан суду”.

Вот так полковник и получил четыре года вместо 15. А главным военным прокурорам за это, уверена, ничего не будет.

Фото: strategy2050 kz/ МО РК.

ПОДЕЛИТЬСЯ СВОИМ МНЕНИЕМ И ОБСУДИТЬ СТАТЬЮ ВЫ МОЖЕТЕ НА НАШЕМ КАНАЛЕ В TELEGRAM!

Оставьте комментарий

Депутат Курултая:
«Статус врача – это вопрос биологической и национальной безопасности»
Скотч, камча и стигма: как страх перед психиатрией едва не стоил жизни молодой матери
Как отличить послеродовой психоз от депрессии и когда необходима срочная помощь – мнение специалиста
Когда «нет» перестают слышать
Адвокат Асқат Сулубек о границе между заботой и насилием, отношениями и контролем, вниманием и преследованием
Дружба, ставшая искусством: Мари‑Пьер Лере выступит в Алматы в память о Денисе Тене
Азербайджан отверг сообщения о причастности к шпионскому делу бывшего главы разведки Германии
В Баку назвали публикации зарубежных СМИ дезинформацией и попыткой навредить отношениям с Берлином
После землетрясения в Алматы: почему нельзя покупать и продавать недвижимость на эмоциях
Как страх меняет спрос на квартиры и дома, влияет на цену сделки и может стоить собственнику или покупателю миллионов тенге
Токаев и новая геометрия Казахстана: Берлин, средняя держава, Совбез и общественный контроль
Виталий Колточник - о внешней политике Казахстана, новом Совбезе и перестройке государства
ООН как зеркало раскола: почему главные договорённости всё чаще ищут за пределами Нью-Йорка
Протесты в Европе, атаки на аэропорты и танкер, разводы и скандалы
Главное в мире
Совет Безопасности становится вторым стратегическим контуром Президента Токаева
Тандем Карин - Балаева в этой конфигурации один из центральных элементов новой политической архитектуры
«Мүсіндер» в Almaty Museum of Arts: как казахстанская скульптура рассказывает нашу историю
Скульптура – это то, обо что вы спотыкаетесь, когда отходите назад, чтобы рассмотреть картину
Китаист Алексей Маслов  о климате, ресурсах и новых правилах игры
Китай меняется - и соседям надо готовиться
Город будущего построят в Алатауском районе Алматы
Что увидели журналисты во время пресс-тура по району
Дубай после бума: стоит ли казахстанцам инвестировать в ОАЭ в 2026 году
Главное преимущество недвижимости – наличие реального актива
Бездомные животные: закон есть, системы – нет
Почему ставка на массовое уничтожение не снижает ни численность, ни риски, и что на самом деле не сработало в действующей модели
Криптоплатеж при Президенте
Казахстан в ДТП каждый год теряет небольшой город
Главный редактор журнала «За рулём» комментирует ДТП на Аль-Фараби
В чьих интересах бомбили КТК?
Атаки беспилотников на Каспийский трубопроводный консорциум ударили по экономике Казахстана
От доступа к медицинской помощи до лекарственного обеспечения
Как системное игнорирование процедур публичного обсуждения меняет баланс законности в регулировании здравоохранения Казахстана
Национальный курултай и перезапуск политической жизни
Переход к однопалатному Парламенту и его переименование в Құрылтай