Действия сотрудников ДКНБ во время обысков судьи Жолмановой признаны незаконными
Скандал вокруг обысков судьи Медеуского районного суда Светланы ЖОЛМАНОВОЙ продолжает раскалывать правоохранительные органы и судебную систему.
Как стало известно, Генеральная прокуратура считает обыски у судьи незаконными.
Санкцию на обыски, напомним, сотрудники алматинского департамента КНБ получили на следующий день после следственных действий - 29 апреля. Получение санкции задним числом они объяснили тем, что обыск был "БЕЗОТЛАГАТЕЛЬНЫМ" - необходимо было пресечь особо тяжкое преступление. Однако взятки, как известно, не было и уже позже была распространена информация, что следственные действия проводились в рамках досудебного расследования дела о мошенничестве. При этом решение провести обыск было принято 19 апреля, то есть у комитетчиков было девять дней, чтобы заручиться нужными санкциями.
Но этого сделано не было. Якобы опасались утечки информации, поэтому в следственный суд, которому комитетчики не могли довериться, они пришли только после того, как сами слили всю информацию об обыске блогерам. Те организовали шумную кампанию травли судьи Жолмановой, приписав ей несколько миллионов долларов, найденных у нее дома и в машине.
Начальник Службы уголовного преследования Генеральной прокуратуры Серик ШАЛБАЕВ внес ходатайство в следственный суд города Нур-Султан с просьбой признать обыски незаконными, а постобысковую санкцию – отменить.
Впрочем, следственный суд города Нур-Султан отклонил ходатайство Генеральной прокуратуры.
Как теперь выясняется, обыски в кабинете Жолмановой и у нее дома прямо противоречили Уголовно-процессуальному кодексу.
В понедельник, 17 мая, стало известно, что 11 мая Следственный суд города Алматы вынес сразу два постановления.
На действия следователей ДКНБ, явившихся на обыск без санкции, пожаловалась сама Жолманова.
Как оказалось, сотрудники Комитета национальной безопасности по г. Алматы Е. КАРИМТАЕВ и К. ЕСЕНГУЖАЕВ не удосужились вручить судье копии протоколов обысков.
Судья БАЙДАУЛЕТОВА не только удовлетворила жалобу Светланы Жолмановой, но и назвала незаконными действия следователей ДКНБ, которые решили не давать важные процессуальные документы жертве принудительной фотосессии для блогеров.
В рамках частного постановления судья А. Байдаулетова даже поставила на вид начальнику ДКНБ: "Обратить внимание начальника департамента Комитета национальной безопасности по г. Алматы на допущенные нарушения требований Уголовного-процессуального кодекса РК со стороны старших следователей Следственного управления ДКНБ РК по г. Алматы Есенгужаева К. и Каримтаева Е., в рамках уголовного дела за № 217500041000044".
Все новые и новые подробности, показывающие, насколько неуклюжей оказалась показательная акция, грозят перевести ее из обычной кадровой расправы в разряд серьезного противостояния.
На сторону Жолмановой уже встали и Генеральная прокуратура, и Следственный суд Алматы.
По словам Жолмановой, после обыска ее подвез домой некто Султан ТОЙБАЕВ, известный алматинским судьям как куратор суда от Комитета национальной безопасности. Она рассказала, что куратор уговаривал ее уйти по-хорошему с должности судьи, обещая, что санкция на ее арест вот-вот появится, если она будет вести себя неправильно.
Вместо этого Жолманова дала почти часовое интервью нашему сайту, в котором объяснила, что ее преследуют за принципиальность и нежелание выносить нужные начальству решения.
Никакого ареста не было, более того, до сих по неизвестно, в чем ее обвиняют и кто написал заявление в ДКНБ.
Через неделю истекает срок, в течение которого ДКНБ может обжаловать частное постановление судьи Байдаулетовой.
Насколько известно адвокатам Жолмановой, с постановлением судьи Байдаулетовой об удовлетворении жалобы алматинские прокуроры спорить не стали, что, в общем-то, логично с учетом позиции Генеральной прокуратуры.
Одно из изданий сообщило о "версии дознавателей", как бы объясняющей, за что Жолманову подвергли обыску. Но никаких документов издание не публикует, хотя и рассказывает о "скринах переписок" и записях разговоров, а также о том, что заявление от потерпевших в КНБ кто-то все-таки написал. Разумеется, имя не называется.
Скорее всего, эта публикация стала своего рода ответом на действия судей и прокуроров, усмотревших нарушения закона в действиях сотрудников ДКНБ и Службы безопасности судов.
