Что думают депутаты мажилиса о «разоблачениях» «Первого канала Евразия»
Хэштег #винтересах родины за последние пару недель побил все рекорды цитируемости. «Неопровержимые» (настолько, что им почти никто не поверил) доказательства, выданные в эфире ведущими программы «Родина» на «Первом канале Евразия», стали неиссякаемым источником для шуток и интернет-мемов.
Другая популярная фраза ведущих того же телеканала - «от 50 до 150 долларов» (которые якобы платили участникам митингов) вызвала настоящий взрыв народного негодования. Результат – судебный иск к «Первому каналу Евразия», который принял к рассмотрению Бостандыкский районный суд Алматы.
Между тем, власти, всегда ревностно следящие за творчеством журналистов и блогеров, пока что никак официально не отреагировали ни на сенсационные «разоблачения», ни на требования наказать «разоблачителей».
Отмалчиваются и народные избранники. Мы решили спросить у депутатов мажилиса, что они думают по поводу «бомбы», сброшенной «Первым каналом Евразия» на телезрителей.
Владислав Косарев: Они не обвинили, это так получилось
- «Первый канал» пытается наладить патриотическое воспитание телезрителей и патриотические темы поднять. Но не всё сразу получается. Потому что понятие «Родина» размыто и превращено в какое-то ироническое понятие. А канал двигает этот вопрос. И я думаю, что надо этому каналу помогать всем гражданам, которые считают себя патриотами.
- В верном ли направлении они двигают?
- Верное направление. Слово Родина – всегда верное. А понимания у нас самые разные.
- Но они ведь обвинили часть ваших же избирателей в том, что те за деньги выходят на митинги.
- Нет. Они не обвинили. Это так получилось.
Екатерина Никитинская: Нет дыма без огня
- Я считаю, что если на самом деле есть такие факты, то в них надо разобраться. Я не думаю, что все люди ходят на митинги из-за того, что им платят там по 50-100 долларов. Но всегда говорят – нет дыма без огня. Если есть такие моменты, то я думаю, что нужно разбираться. Для того, чтобы отделить тех людей, которые на самом деле ратуют за Родину, и тех людей, которые, ну, может быть, идут на поводу у каких-то таких финансовых инстинктов. Потому что в политических явлениях могут присутствовать такие вещи.
У нас, к сожалению, в журналистике бывают моменты, когда голословно заявляют какие-то вещи. Я сама с этим сталкивалась. Нужно расследовать.
Потому что журналисты должны всегда пользоваться проверенной информацией.
Серик Сейдуманов: На вопросы надо смотреть шире
- Я думаю, что надо на это смотреть более шире.
Я сам не видел этот сюжет.
Но через прессу знаком. И думаю, что в прессе уже дана объективная оценка по данному вопросу.
Если есть какая-то ложная или недостоверная информация, она может быть оспорена и может быть дезавуирована в том числе. (…)
Что касается каких-то любых обвинений, они должны быть доказательны.
Геннадий Шиповских: Это факт или не факт?
- Честно, я знаете, пока ничего не могу ответить. Такой ответ, честно сказать, об этом надо подумать. Потому что я еще сам точно не знаю – это факт или не факт. Это факт или не факт? Это обоснованно или не обоснованно? Я этого не знаю. Если бы я точно знал, что это подделка…
- Но доказательств они не привели…
- Но доказательств не привели и того, что это еще и клевета. Доказательств не было ведь. Вы сами знаете, что не было доказательства, что это клевета. Так что здесь я точно ничего не могу сказать, потому что такой тезис здесь – что я не могу сказать, что это правильно, что и неправильно. Потому что, да, есть такой факт о том, что это не факт. Это видео – не доказательство. Но есть и то, что именно это клевета – такого факта тоже не существует. Так что, извините, я воздержусь от комментариев.
— Но это факт?
— Нет, это не факт.
— Это не факт?!
— Нет, это не факт. Это гораздо больше, чем факт. Так оно и было на самом деле.
«Тот самый Мюнгхаузен».
