Мы уже видим отсутствие прогресса в привлечении прямых иностранных инвестиций
Текущая турбулентность на международных рынках вызывает беспокойство, в том числе и для Казахстана, и нужно уже сейчас просчитывать все риски и возможные последствия. Цена на нефть, как ключевой индикатор для нашей экономики, сейчас находится на уровне 60 долларов за баррель, и последние новости от OPEC+ не добавляют оптимизма. При такой цене значительно сократятся поступления в Нацфонд, а значит – и в бюджет страны, так как косвенно выручка нефтегазового сектора влияет на государственный бюджет через подрядчиков и экспортную таможенную пошлину. В такой парадигме текущая ситуация требует ещё более оперативных мероприятий. Скорее всего, в этом году поступления в Национальный фонд будут существенно меньше изъятий из него, так как новый Налоговый кодекс ещё не принят, и его эффект мы ощутим только в 2026 году, тогда как текущий бюджетный дефицит нужно будет финансировать уже в этом году.
Текущая экономическая модель страны, базирующаяся на перераспределении природной ресурсной ренты через механизм государственных расходов, носит крайне неустойчивый характер. Из положительного нужно отметить, что сейчас осуществляется огромное количество инфраструктурных проектов, которые должны благополучно сказаться на экономике страны. Но, с другой стороны, мы наблюдаем значительные дисбалансы в банковском секторе, в прямом участии государства в экономике, в инвестиционном климате и отсутствии прогресса в привлечении прямых иностранных инвестиций.
Банковский сектор сейчас является самым прибыльным сектором в стране, и в большей части это основано на регуляторном арбитраже, о котором я раньше уже много раз писал. При этом все мы понимаем, что банки в экономике страны должны выполнять перераспределяющую функцию, тогда как сейчас банки эту функцию не выполняют, а больше пользуются бенефитами от государства за счёт повышенной базовой ставки при сниженных, за счёт государства, затратах на привлечение денег. При этом кредитование реального сектора не растёт. Планируемые государством введения повышенного налога и введение повышенных МРТ проблему никак не решают. И если налоговая составляющая будет решаться за счёт эффективных аллокаций доходов и расходов, то МРТ будет дополнительным обоснованием со стороны банковского сектора, почему они не кредитуют реальный сектор страны. Пока же первостепенные причины сверхдоходов не устраняются и, как я понял, устранять их не планируют, ссылаясь на некие риски того, что это может повлиять на перераспределение ликвидности.
Приватизация и разгосударствление экономики страны могли бы дать не только дополнительный доход в бюджет, но и в целом повысить эффективность определённых отраслей. Про приватизацию, конкретные планы и списки мы слышим уже примерно лет пятнадцать, и очевидно, что большого прогресса в этом нет. А некоторые национальные компании ещё больше увеличивают своё присутствие и наращивают долю – например, КТЖ. В целом, идут небольшие подвижки, и есть хорошие примеры, когда государство избавляется от компаний. Например, продажа Береке Банка, продажа Теле2, IPO Air Astana, IPO Казатомпрома. Но, как мне кажется, в этом вопросе нужно действовать более смело и оставить у государства только стратегические отрасли, а остальное всё передать рынку. Например, активы Самрук-Энерго, Казпочты, Kcell, нестратегические активы КазМунайГаза (НПЗ, небольшие месторождения и так далее), доля в ERG, большая часть активов Тау-Кен Самрук и так далее. Переход этих активов на рыночные рельсы значительно повысит их эффективность. При этом государство в виде КПН и других налогов получит гораздо больше, чем дивиденды по данным компаниям. Каждый управленец на своём уровне, к сожалению, думает, как защитить своё "хозяйство" и не передать его рынку, так как это для него огромный ресурс. И всегда найдётся 1001 причина, почему нельзя приватизировать тот или иной объект, хотя мировая практика показывает, что это единственно верный путь.
Инвестиционный климат и прямые иностранные инвестиции являются абсолютно положительно коррелирующими вещами, и всем известно, что ПИИ напрямую зависят от инвестиционного климата.
Это очень тонкий момент, который нельзя так просто оценить. Зачастую, для решения кратковременных задач мы пренебрегаем инвестиционным климатом, таким образом в долгосрочном аспекте значительно сокращаем ПИИ и отношение как внешних, так и внутренних инвесторов к нам. Например, инициативы по доначислению дополнительных налогов через публичную сферу, с одной стороны, скорее всего, увеличат приток налогов в краткосрочной перспективе, но значительно сократят позиции по транспарентности налогового администрирования и законных прав налогоплательщиков, тем самым дав сигнал любым инвесторам об отсутствии налоговой стабильности. Возврат активов у представителей "старого Казахстана", с моральной и общественной точки зрения, носит достаточно справедливый характер. Однако топорная реализация данного процесса сильно усиливает нервозность у действующих отечественных инвесторов. И здесь дело не только в том, что тот или иной олигарх может попасть в список по возврату активов, а больше — в вопросе новых инвестиций: насколько они будут защищены в будущем и не оспорят ли их через десять лет в случае изменения политического курса. Это очень важный аспект, так как, так или иначе, каждый крупный бизнесмен взаимодействует с государством. Это напрямую сейчас влияет на решения по инвестициям в страну.
Я написал только очень маленькую часть вопросов, которые сейчас имеются, и от решения каждого из них зависит, как будет развиваться наша страна. Хотелось бы, чтобы решения у нас принимались не в горизонте 6-12 месяцев, а всё-таки в горизонте 6-12 лет.
Фото: strategy2050.
Источник: Телеграм-канал Галима Хусаинова Galim’s channel. Публикуется с разрешения автора.
ПОДЕЛИТЬСЯ СВОИМ МНЕНИЕМ И ОБСУДИТЬ СТАТЬЮ ВЫ МОЖЕТЕ НА НАШЕМ КАНАЛЕ В TELEGRAM!
