Как министр по делам религии и гражданского общества Нурлан Ермекбаев борется с деструктивными экстремистскими идеями
Читайте предыдущую статью Вадима БОРЕЙКО «Семь чудес из жизни госзакупок».
Осенью 2004 года из поездки в Афганистан я привез тамошние шмотки. И решил проверить, какое расстояние смогу в них пройти по улице безнаказанно, без проверки документов.
Вырядился на зависть модникам: на голове войлочная «пуштунка», шея обмотана «арафаткой», дубленая жилетка.
Для убедительности натянул берцы американского морского пехотинца, а на нос водрузил солнцезащитные очки.
Был остановлен патрулем метров через сто.
Редакционное удостоверение быстро погасило недоразумение. Но от греха подальше свой прикид я потом по частям раздарил.
На снимке: Нурлан Ермекбаев.
…Как и те полицейские, министр по делам религии и гражданского общества Нурлан ЕРМЕКБАЕВ в детстве наверняка пересмотрел фильмов шпионах и на всю жизнь усвоил, как они должны выглядеть: шляпа, надвинутая на глаза, которые скрыты черными окулярами, поднятый воротник плаща, в кармане кирпич – тайник с донесением в центр. Каждая деталь в их облике говорит о намерении выведать страшную государственную тайну.
Конечно, время внесло коррективы в представление Нурлана Байузаковича о внешнем виде врагов общества.
В понедельник, 29 января, он презентовал в нижней палате парламента законопроект о религиозной деятельности и религиозных объединениях. И научил, как различать в толпе потенциальных экстремистов. В том числе – по вторичным половым признакам.
«Там, - говорит, - если надо, и длина бороды будет расписана».
Тут я забеспокоился. На моем лице с юности растет шерсть, никогда ее не брею, только ровняю, и вот засада: а ну как уложусь в радикальный параметр?
Дальше – больше. «Речь об одежде, закрывающей лицо, - продолжил министр. - Это никаб, паранджа. Это не только религиозные атрибуты, это может быть маска или балаклава».
В морозы я носил головной убор (на снимке), купленный три года назад вместе с прочей горной экипировкой на китайской барахолке «Ялян».
Теперь сижу гадаю – что это: балаклава, маска или никаб?
А если учесть, что почти в любой моей статье при желании можно найти признаки «разжигания», то на душе стало совсем тревожно.
Но г-н Ермекбаев сам же меня и успокоил. К внешним маркерам деструктивных религиозных течений относятся не только проповедование нетерпимости, одежда, закрывающая лицо, характерная борода, но и укороченные штаны! А вот уж чего нет - того нет, извините.
Я ж не конченый идиот, чтоб в такие холода голыми щиколотками отсвечивать: подштанники с начесом надеваю и заправляю в носки.
Кроме того, по словам министра, на образ радикала будут работать не каждый из признаков в отдельности, а только все они в комплексе: «Если будет только один признак, например, короткие штаны и никаких религиозных убеждений, то привлекать не будут».
А если нетерпимость начнут проповедовать в костюме и галстуке – тогда что? Тоже ведь «деструктивный некомплект».
Еще глава ведомства, которое в народе называют Мингроб, пообещал раздать полицейским эскизы с изображением обобщенных экстремистов. Я ж говорю: «юмор в коротких штанишках» г-на Ермекбаева обусловлен тяжким кинематографическим наследием.
…В царской России был министр просвещения, который на ночь обкладывал кровать по периметру дровами: оборонялся от нечистой силы.
Подобным же образом можно обнести Дом правительства и парламент поленницей. И написать госпрограмму «О профилактике проникновения экстремистских религиозных идей в органы власти». (Там, кстати, давно окопались их латентные адепты.)
А что, предложение ничем не хуже «эскиза религиозного радикала». Да и «наверху» любят креативные «движняки». Сейчас Мингробу кровь из носу нужно отличиться, заявить о себе. А то, не ровен час, как создали министерство, так и расформируют. Сто раз так было…
Не благодарите, Нурлан Байузакович.
Фото: islam-today.ru, today.kz.
