Железная леди с железной хваткой
На снимке: 71-й премьер-министр Великобритании Маргарет Тэтчер.
В поисках роста
«В поисках роста» - так называется книга профессора экономики Нью-Йоркского университета Уильяма ИСТЕРЛИ, посвященная аргументации очень простого, но очень важного, тезиса: «Если у частного и общественного сектора есть мощные стимулы к инвестициям в будущее, то рост произойдет, если же стимулы слабы – роста не будет. Эмпирические данные по росту и проводимой политике подтверждают это предположение. Люди реагируют на стимулы…».
К сожалению, эта нехитрая мысль очень часто выпадает из поля зрения экономистов. Например, на сессии Астанинского экономического форума «Ловушка среднего дохода: вызов для Казахстана» ни один из спикеров, принимавших в ней участие, проблему слабости стимулов для роста частной инициативы у нас в стране так и не поднял. А ведь так называемая «Ловушка среднего дохода» как раз о слабости стимулов.
И не надо думать, что создание стимулов для экономического роста – это такой приятный процесс и только непонятно, почему им все не занимаются. На самом деле, новые стимулы, раз уж прежние себя исчерпали, требуют ломки многих устоявшихся стереотипов и правил, а потому процесс формирования новых стимулов бывает зачастую очень болезненным.
Маргарет ТЭТЧЕР получила свое прозвище «Железной леди» за то, что твердой рукой, преодолевая сопротивление не только профсоюзов и оппозиции, но и внутри своей партии, внедрила новую систему стимулов, давших импульс к росту английской экономики, до этого несколько лет пребывавшей в состоянии глубокой стагнации.
История Маргарет Тэтчер и «тэтчеризма» как история создания новых стимулов, может быть, на мой взгляд, нам не только интересна, но и полезна.
Много государства
На рисунке 1 изображена копия таблицы из «Кембриджской экономической истории Нового и Новейшего времени», в которой приведены данные по реальному ВВП на душу населения в Западной Европе и США.
Мы видим, что самые высокие темпы роста были показаны в период с 1950 по 1973 год. Отмечу, что практически на этот же период пришлись лучшие показатели по экономическому росту для СССР и стран Восточной Европы, в чем можно убедиться, посмотрев на рисунок 2.
При этом необходимо помнить, что для стран Западной Европы был характерен высокий уровень участия государства в экономике как в форме государственных предприятий и государственный инвестиций, так сильной зарегулированности. Сложившаяся система получила название «Государственно-корпоративно-конкурентного капитализма».
Например, в Великобритании в этот период были национализированы Английский банк, угольная, газовая, металлургическая промышленности, электростанции, радио и телевидение, железные дороги и другие виды транспорта. Государство стало акционером таких крупных корпораций как «Бритиш Петролиум», «Роллс Ройс», «Аппер Клайд Шипбилдерс» («Экономическая история мира» под редакцией М.В. КОНОТОПОВА).
В принципе, такая значительная роль государства в экономике, пришедшаяся на период самого быстрого экономического роста, ставит под сомнение столь популярный сегодня тезис «чем меньше государства, тем лучше для экономики». Очевидно, что дело не в том, как много государства в экономике, а в том, какую оно играет роль и на что ориентировано в первую очередь.
Если сравнивать национализированные отрасли экономики Великобритании того периода, 1950 – середина 70-х годов, с государственным сектором нашей экономики, то первое, что бросается в глаза, – это разный эффект от государственного участия.
В Великобритании национализация привела к тому, что государственные расходы, связанные с содержанием государственных предприятий, трансформировались в доходы частного сектора. «В руки государства перешли главным образом те отрасли, которые обслуживали остальное хозяйство, обеспечивая его топливом, энергией, металлом, перевозками. После национализации они стали предоставлять частному сектору энергию, транспорт и сырье по сниженным ценам. Таким образом, за счет государства расходы корпораций снизились, доходы увеличились и положение упрочилось» («Экономическая история мира» под редакцией М.В. Конотопова).
В чьи же доходы трансформируются расходы государственного сектора у нас – это секрет, пусть и Полишинеля. Но в любом случае, частный сектор особых выгод от роста государственных расходов не получает. Поэтому и раздается всеобщий возглас недовольства высоким уровнем присутствия государства в экономике.
Но самое главное, этот период, 1950 – середина 70-х, характеризуется ростом качества жизни населения, как в странах Западной Европы и США, так в странах социалистического блока. Возможность повысить собственный жизненный уровень дала мощный стимул к росту производительности труда и способствовало эффективности инвестиций в основной капитал.
О том, как росло качество жизни, почему этот стимул исчерпал себя к середине 70-х годов, почему страны Западной Европы и США смогли решить эту проблему, а социалистические страны нет, как Тэтчер создала новые стимулы – обо всем этом поговорим в следующих заметках.
P.S. Тема сегодняшней заметки возникла благодаря дискуссиям в кулуарах Астанинского экономического форума. На мой взгляд, экономическая и политическая история послевоенной Европы, как капиталистической, так и социалистической заслуживали специальной сессии, потому что, как мне думается, помогли бы лучше разобраться с тем, что происходит в нашей экономике.
Фото: fullveldi.blog.is.
