Сумеем ли мы предотвратить экологическую катастрофу?
Продолжение. Читайте здесь «Мины под будущим»: часть 1, часть 2.
В прошлых частях своих заметок о рисках, ожидающих будущие поколения Казахстана, политолог Талгат КАЛИЕВ провел анализ открытых данных о состоянии сельского хозяйства, деградации почвы и эффективности государственных инвестиций в аграрный сектор, а также проблем и перспектив, связанных со стихийной урбанизацией.
Так уж сложилось, что наша территория стала экспериментальным полигоном для испытания советских военных и космических технологий. Семипалатинский полигон площадью 18500 квадратных километров, на котором было осуществлено 468 испытаний, остров Возрождение в Аральском море для испытаний бактериологического оружия, космодром «Байконур», на котором до сих пор используется высокотоксичное топливо - гептил, современные российские полигоны, расположенные на арендуемых территориях – все это лишь часть накопленных экологических проблем. К этому следует прибавить ущерб от добычи полезных ископаемых, использования твердого топлива, устаревших ТЭЦ, низкокачественных ГСМ отечественного производства, отсутствие распространенной технологии мусоропереработки, низкий уровень экологической культуры населения и прочее.
На этом фоне довольно наивными выглядят доводы о якобы природной чистоте и натуральности наших сельхозпродуктов и обусловленной этим инвестиционной привлекательности отечественного аграрного сектора. Достаточно сравнить статистику онкозаболеваемости, детской и материнской смертности, продолжительности жизни в развитых странах и Республике Казахстан. В нашей стране, по данным исследований, проведенным в 2012 году по заказу Минздрава, уровень заболеваемости колеблется от 162,9 до 391,2 случая на 100 тысяч населения. Если, следуя этой логике, мы питаемся натуральными и экологически чистыми продуктами, а на Западе вынуждены травиться генномодифицированной едой, то почему смертность и онкозаболеваемость у нас значительно выше, чем у них?
Говоря об экологических проблемах, не принято учитывать такие неисследованные факторы, как, к примеру, выделения инертного газа - радона из глубинных разломов и месторождений тяжелых металлов, которые, по мнению североказахстанских ученых, являются одной из ключевых причин повышенной онкозаболеваемости в регионе.
Следует не забывать о фактах массовой гибели животных: в 2000 году – 30 тысяч тюленей, 250 тысяч тонн кильки, в 2007-м – 1000 тюленей. В последние годы отмечен массовый падеж сайгаков – более 120 тысяч голов. Несмотря на то, что связь между этими случаями и экологической обстановкой официально не признается, в ее наличии почти никто не сомневается.
Не решена проблема браконьерской вырубки леса. По данным прокуратуры, в 2008 году браконьерами вырублено 1000 гектаров леса. За последние годы вырубками и пожарами уничтожено более 40 тысяч гектаров уникального ленточного бора - это седьмая часть от общей площади. В Карагандинской области, где расположен военный ракетный полигон «Сарышаган» и проходят границы космодрома «Байконур», а также находится ряд объектов металлургической промышленности, объем вредных выбросов в атмосферу составляет свыше миллиона тонн в год.
Уровень атмосферного загрязнения в Алматы также превышает все допустимые нормы и является почти неразрешимой проблемой. В ноябре прошлого года предельно-допустимые концентрации по пыли были превышены в 30 раз, а по диоксиду серы - в 50 раз. Причем, если в тучные годы мы так и не решились реализовать какой-нибудь революционный проект в виде пробивания тоннелей на Иссык-Куль, которые позволили бы обеспечить вентилирование, а предпочитали экспериментировать со строительством новой курортной базы вроде «Кок-Жайлау», то теперь в условиях значительного сокращения бюджетного пирога запуск неких дорогостоящих экологических программ фактически невозможен. И, по всем признакам, Алматы рискует стать зоной экологического бедствия.
Понятно, что технологические процессы и индустриализация оказывают негативное влияние на экологическую ситуацию фактически везде. Но ухудшение состояния окружающей среды у нас далеко не пропорционально темпам индустриального, если так можно выразиться, взрыва. Скорее, наши экологические проблемы напрямую связаны с использованием твердого топлива, вредными выбросами в атмосферу и водоемы недобросовестных недропользователей и промышленных предприятий, выхлопными газами личного и общественного транспорта, влиянием военных испытаний и запусков космических ракет. По последнему пункту и вовсе никогда не проводилось открытых исследований. При этом ответственные чиновники не демонстрируют озабоченности по этому поводу, проявляя открытую беспечность и безразличие. К примеру, при обнародовании информации о предоставлении дополнительных площадей в аренду РФ для падающих частей ракетоносителей первый вице-министр по инвестициям и развитию Альберт РАУ заявил, что там фактически никто не проживает, хотя число жителей этой территории составляет около 30 тысяч человек. Это заявление красноречиво свидетельствует об уровне восприятия вопросов защиты окружающей среды должностными лицами правительства.
Так, на протяжении десятилетий оставалась нерешенной проблема утилизации серы с месторождения Тенгиз, которой накопилось более 9 миллионов тонн. Данные об уровне токсичности этого продукта так и не были обнародованы, но уровень заболеваемости и смертности в регионе сохранялся на достаточно высоком уровне.
Впрочем, даже сейчас возможно добиться определенных сдвигов, если запустить программы газификации северных регионов, последовательного отказа от твердого топлива, стимулировать переход личного и общественного транспорта на гибридные, газовые и электрические двигатели, создание соответствующей инфраструктуры, обеспечить жесткое и неукоснительное соблюдение промышленным сектором и недропользователями экологического законодательства.
Ученые считают, что экологические проблемы также способствуют деградации почв, повышению засушливости и сокращению количества осадков. По данным ПРООН, все это приведет к расширению сухостепных и засушливых зон до 38 процентов от общей площади страны и к повышению водной зависимости от соседних стран. Это вопросы не отдаленной перспективы, а ближайших десятилетий.
И это не все последствия беспечного отношения к экологии. Напомним, сайт Ratel.kz в марте этого года в статье «Экология «на полшестого» уже писал об экологической ситуации в Актобе, крайне негативно отразившейся на репродуктивном здоровье мужчин региона. По данным актюбинского врача-гинеколога, специалиста по бесплодию Светланы ЕСЕНАМАНОВОЙ, частота бесплодных пар приблизилась к 17 процентам - почти каждая пятая семья в регионе не может иметь детей. И, судя по планам построить здесь еще и комбинат по переработке калийной соли, ситуация в городе будет только ухудшаться.
По данным Минздрава, из 120 тысяч супружеских пар, которые ежегодно создаются в стране, примерно 20 тысяч пар – бесплодны. Согласно исследованиям Научного центра урологии им. Джарбусынова, признаки нарушения фертильности (выраженные в разной степени) были выявлены у 30,4 процента мужчин, нарушения репродуктивной функции - у 63,5 мужчин, занятых на нефтедобыче, и у 53,2% мужчин, работающих на предприятиях цветной металлургии. Это без учета случаев замершей беременности и женского бесплодия, статистика по которым также не выглядит обнадеживающей.
Этих данных достаточно, чтобы оценить проблемы репродуктивного потенциала нации и четкую взаимосвязь с экологической ситуацией в стране. На этом фоне несложно спрогнозировать демографическую динамику в краткосрочной и долгосрочной перспективе, вплоть до рисков депопуляции населения. Между тем, если в текущем году на реализацию бюджетной программы «Стабилизация и улучшение качества окружающей среды» заложено почти 1,2 миллиарда тенге, то в последующие два года - лишь чуть более 70 миллионов. По этой же программе на строительство и реконструкцию объектов окружающей среды выделено 1,1 миллиарда тенге лишь в текущем году, а в остальные два года их финансирование не предусмотрено. По-видимому, предполагается, что все проблемы будут решены уже в текущем году…
В современных толковых словарях существует новый, но уже получивший широкое распространение термин «экологические беженцы» - беженцы с территорий, подвергшихся необратимым экологическим изменениям (засухам, опустыниванию, почвенной эрозии), или лица, вынужденные оставить свое традиционное место проживания из-за заметного ухудшения качества окружающей среды.
Учитывая нынешнее состояние окружающей среды в Казахстане, отсутствие четких перспектив ее улучшения, а также степень влияния этого на общее и репродуктивное здоровье населения, вероятность эмиграции граждан по причине экологических проблем представляется достаточно высокой.
Вряд ли кто-то из представителей ныне живущих поколений предполагал оставить в наследство потомкам такие проблемы или даже встретить старость в условиях экологической катастрофы. И уж наверняка точно, никто не примерял на себя статус экологического беженца.
Учитывая насколько важна в решении текущих проблем и перспективных рисков роль государственного аппарата, в следующих частях мы рассмотрим вопросы его состояния и прогнозы в области его реформирования.
Фото: unikaz.asia.
