Ratel.kz публикует лучшие материалы авторов сайта за 2016 год
Какими событиями запомнился колумнисту прошедший год.
Вся культура тут (фрагменты телефонных прослушек)
Салима Дуйсекова посмотрела фильм «Токал»
- Алё! Асёка? Тьфу. Алё! Ну чо за связь, а? Асёка, слышишь меня? Ой, ну наконец-то. Приве-е-т! Чмоки-чм-о-оки! Ты чо, спишь там уже? Это я, Алёка. Как откуда, с Ламатушки с родной! Тока что с пресс-показа пришла. Поздно? Ты чо, здесь ваще спать в ломы, тут жиза тока ночью начинается! Ой, не говори, я до сих пор в шоке. Прикинь, вся шыкарная Ламатушка собралась, цвет интеллекта... Новое кино смотреть.
Ага, закрытый показ. Кто был? Эта была, редакторша, как её… Шаштараз Джусаева. Журнал «Дристаж». Ага. И винодел этот, как его, Калкулят Аракман. Поил всех на халяву своим арбараком. Ну я такая, выцедила стопарик, деловая вся, подошла, коммент взять, а он такой, глазами мне по шортам ширк-ширк-ширк, прикинь? Ага, не говори. Не, он ещё ничо такой. Ага. Вот.
Серьги для скотины
В Касекеленском районном суде идет процесс по делу об убийстве трех братьев-оралманов
Это, в сущности, древняя, как мир история. Она есть в Библии и в Коране. Причина братоубийства как на ладони — зависть.
В суре Аль-Маида имена сыновей Адама и Евы не произносятся. После злодеяния Аллах послал убийце ворона, который стал разгребать землю, чтобы показать ему, как спрятать труп брата. Он сказал: «Горе мне! Неужели я не могу поступить, как этот ворон, и спрятать труп моего брата?»
Когда-нибудь Господь, если он есть, спросит последнего человека: где была совесть твоя? И он, вероятно, ответит с каиновой невозмутимостью — не сторож я совести своей.
Нужна она мне, как серьги для скотины.
Гламур – тужур
На страну напали деньги, а потом ее вероломно покинули
И вот я смотрю на этих, в общем, симпатичных, неглупых людей, и в толк не возьму, как они ухитрились сесть в лужу уценённого и траченного молью консьюмеризма?
Вот Лилия Рах, женщина нордической красоты, удостоенная опереточного титула «светской львицы». Она по образованию — математик, по профессии — педагог. Уже могла быть завучем, а то и директором школы вундеркиндов, будущих нобелиатов. Лилия Робертовна! Шлю Вам привет из Стокгольма, учительница первая моя!
А вот её подельница, Мири Паз, дантист по образованию, как выяснилось. Это же авантажный, благородный промысел, обещающий изрядный доход, почёт и уважение, кварцевый уют собственной клиники с одноразовыми перчатками и бахилами, где ювелирную страсть можно инвестировать в золотые и платиновые коронки, в бриллиантовые пломбы, наконец...
Но нет! Искусились девушки, взалкали нездешнего кайфа-лайфа, повелись на него, полетели, как мотыльки, к тусклому свету тридцативаттной лампочки, которая висит, как оказалось, под потолком камеры предварительного заключения.
