Тюремные истории: можно ли колбасу рубить топором?

5518 просмотров
0
Евгений ЖОВТИС
Воскресенье, 11 Дек 2016, 09:00

По воскресеньям Ratel.kz традиционно публикует истории правозащитника Евгения Жовтиса из его жизни и юридической практики

Читайте предыдущую историю Евгения ЖОВТИСА «Тюремные истории: в борьбе со здравым смыслом победа будет за ними».

* Загадка «чайханы»

* Колюще-режущие – в ассортименте

* Как сохранить остатки sapiens в своем homo 

Свой предыдущий материал я закончил сообщением, что после разговора по телефону, когда за моей спиной стояла и слушала сотрудница колонии, пошёл дальше постигать непостижимое в нашей тюремной системе.

Далеко ходить не пришлось.

Читайте также
Тюремные истории: сколько можно или нужно спать в ночь с пятницы на субботу

Загадка «чайханы»

Исследование территории колонии привело меня к «чайхане» - небольшой комнате, где осуждённые могут разогревать себе пищу, заваривать чай и вообще питаться по своему выбору.

Поскольку находился я в колонии-поселении, где осуждённые работали за его пределами и по дороге на работу или обратно могли закупить продукты в близлежащих магазинах, в «чайхане» были  холодильник, пара шкафов и микроволновая печь для хранения продуктов и приготовления еды.

В ходе осмотра этого помещения я обнаружил весьма странный предмет. Это был кусок ножа с ручкой и лезвием размером где-то 5-7 см, прикованный крупной цепью к кольцу, прибитому к столу. Больше никаких режущих предметов в «чайхане» не было.

«Для чего это?» - имея смутные подозрения, но для полной уверенности спросил я вкушавшего бутерброд заключённого.

«Для нарезки чего-нибудь», - невозмутимо ответил он.

«А что им можно нарезать?» – продолжил я допрос, потому что представить себе, как этим обрубком можно отрезать даже кусок хлеба, не говоря уже о чём-нибудь посущественнее, я представить не мог.

«Ну, кто что может - тот то и нарезает», - также невозмутимо сообщил заключённый и, доев бутерброд, удалился.

Читайте также
Фига «Большому брату»

Продолжая наивно верить в здравый смысл, я отправился к начальнику колонии.

«Скажите, - спросил я его, - почему нельзя в чайхане положить нормальные ножи, пусть даже и на цепочках? Тем, что там лежит, нельзя даже хлеб отрезать».

«Не положено», - немедленно ответствовал начальник, - согласно Правилам внутреннего распорядка и Инструкции по надзору размер ножа не может превышать несколько сантиметров. И кроме того, надо сделать так, чтобы его нельзя было вынести из «чайханы». Это для вашей безопасности», - привёл он последний аргумент.

«Спасибо, конечно, - ответил я, - но ведь это колония-поселение. Все работают в городе, на разных предприятиях, СТО и даже в пиццериях. Они используют разные инструменты, в том числе ножи и т.д. Их выпускают «за забор», потому что они не представляют никому угрозы. Какой смысл в этих ограничениях внутри колонии. Они, что, вернувшись в колонию, немедленно становятся опасными?».

«В правилах нет исключений, поэтому их надо выполнять», - строго сказал начальник и закончил разговор.

Я вышел из административного здания и двинулся обратно в сторону «чайханы».

И вдруг увидел, что в нескольких метрах от входа в «чайхану» открыта ещё какая-то дверь.

Читайте также
Занимательная география в суде

Колюще-режущие – в ассортименте

Я зашёл внутрь и обнаружил, что попал в цех для производства пластиковых окон. В нем трудились пара заключённых и трое так называемых «вольных» работников. «Вольные» приходили на работу утром и уходили вечером домой. В субботу и воскресенье – выходные. Цех производил пластиковые окна, которые работники ездили устанавливать у заказчиков, в нём резали стекло и т.д.

В цехе лежали молотки, пилы, топоры и много ещё всякого колющего, режущего и рубящего инструмента.

Абсурдность ситуации меня просто выбила из равновесия.

На расстоянии пять метров друг от друга находились два помещения, в одном из которых надо было прикованным к столу обрубком 5-7 сантиметрового ножа каким-то образом нарезать хлеб, колбасу или казы, а в другом – эти же продукты можно было без проблем нарубить топором или напилить пилой.

Как сохранить остатки sapiens в своем homo 

Я не выдержал и снова пошёл к начальнику колонии.

«Вам не кажется это, мягко говоря, нелогичным?» - осторожно спросил его я.

«Не кажется! И не мешайте мне работать», - раздражённо заявил он и попросил меня покинуть его кабинет.

Я вышел во двор с мыслями о том, как наловчиться рубить твёрдые продукты питания топором или пилить пилой, а также как сохранить остатки sapiens в своём homo в оставшееся до освобождения время.

Оставьте комментарий

- зампредседателя Комитета торговли МТИ РК
- В соответствии с действующим законодательством максимальная торговая надбавка на социально значимые продовольственные товары не должна превышать 15 процентов.
Как настоящее ремесло может вернуть себе рынок?
Новый Евразийский совет открывает глобальные площадки для настоящих мастеров
Ормуз снова горит: один снаряд у Катара - и мир снова считает цену нефти
Даже небольшой удар по судну у берегов Катара вновь напомнил миру, насколько хрупкой остается безопасность главного энергетического маршрута планеты
Десятки обманутых: как продавали несуществующие квартиры в Алматы
Попцов получил 10 лет, но потерпевшие требуют привлечь Асель Садыкову
Мурат Абдушукуров: Высшая форма патриотизма – посвятить жизнь служению Родине
Во время Кантара ветераны Афганистана и локальных конфликтов организовали охрану больниц и патрулирование в Алматы
Бездомные животные: закон есть, системы – нет
Почему ставка на массовое уничтожение не снижает ни численность, ни риски, и что на самом деле не сработало в действующей модели
Криптоплатеж при Президенте
Казахстан в ДТП каждый год теряет небольшой город
Главный редактор журнала «За рулём» комментирует ДТП на Аль-Фараби
В чьих интересах бомбили КТК?
Атаки беспилотников на Каспийский трубопроводный консорциум ударили по экономике Казахстана
От доступа к медицинской помощи до лекарственного обеспечения
Как системное игнорирование процедур публичного обсуждения меняет баланс законности в регулировании здравоохранения Казахстана
Национальный курултай и перезапуск политической жизни
Переход к однопалатному Парламенту и его переименование в Құрылтай