Чтобы решить вопрос с новой котельной, пришлось принести в жертву девять жизней
* Хоронили в закрытых гробах
* Аким тоже приехал в церковь
* Не живём, а выживаем!
* Цена вопроса – 2,8 млрд тенге
* Радуга над храмом
* Как на пороховой бочке
В среду, 4 января, в Шахане похоронили две семьи – АНДРОПОВЫХ И ГАЛЫШЕВЫХ, а в посёлке Сарепта – Валерия МИХАЙЛОВА.
Напомним, поздно вечером 1 января в подвале пятиэтажного года взорвался котёл. В результате обрушилась часть квартир четвёртого подъезда. Из-под завалов извлекли девять погибших, в том числе несколько маленьких детей.
К 12:00 возле небольшой церквушки начали собираться жители поселка. Весь квартал был оцеплен полицией, стояло несколько больших автобусов.
Люди шли и шли нескончаемым потоком. Почти все несли букеты гвоздик или венки. Многие едва сдерживали слезы.
Хоронили в закрытых гробах
- Люди, расступитесь, сделайте проход, сейчас катафалк подъедет, - попросил мужчина.
Народ смиренно расступился. В толпе раздались редкие всхлипывания.
К зданию церкви подогнали старенький автобус, из которого вынесли три гроба: два больших и один совсем крохотный. Это привезли для отпевания семью Андроповых. Виталия АНДРОПОВА, его супругу Ольгу АНДРОПОВУ и их полугодовалую доченьку Евангелину хоронили в закрытых гробах.
- Огромная просьба, всем в церковь не заходить на службу, - попросил все тот же мужчина. – Там очень тесно. Только родственники. Как батюшка отслужит, заходим по одному-два человека, быстро прощаемся и выходим.
Молодая семья Андроповых.
Аким тоже приехал в церковь
Через пятнадцать минут народ попросили вновь расступиться. К церкви подъехало несколько джипов. Из одного вышел аким области Нурмухамбет АБДИБЕКОВ и со свитой пошёл в храм, чтобы выразить соболезнования обеим семьям.
А народ тем временем обсуждал, кто виноват в случившемся.
Спустя минут десять аким вышел и так же быстро отправился к джипу.
Но от шаханских бабушек-активисток просто ещё ни один аким не уходил! Из толпы выбежала старушка в старом синтепоновом пальто, замотанная в шаль. Преодолев окружение, она вручила Нурмухамбету Абдибекову обращение.
- Почитайте, может, теперь наконец-то что-то сделаете. Была бы у нас центральная котельная, не было бы этих гробов, - сказала бабуля и всучила главе региона бумажку.
Свита акима пыталась оградить его от общения с народом, но безуспешно. Г-н Абдибеков с угрюмым лицом сложил бумажку и сунул ее в карман.
Не живём, а выживаем!
Сбежавшимся журналистам бабуля тут же начала рассказывать о бедах шаханцев. К ней подключились еще две активные женщины.
- Думаете, это первый случай? Знаете, сколько пожаров уже было? Сколько людей от угарного газа пострадали? А скорая помощь к нам едет с Шахтинска через раз! – рассказывала другая активистка.
Вспомнили люди о том, что три года назад взорвался котел в другом доме. Но тогда повезло – не было ни жертв, ни разрушений.
- Мы тогда обращались в область, но местные власти все замяли, - сказала одна из активисток. – Если бы нас услышали, не было бы беды. Всё воруют, воруют! Когда, наконец, о людях вспомнят?! Мы тут не живём, а выживаем!
Пока женщины изливали душу журналистам, вокруг суетились сотрудники областного акимата, срочно докладываясь начальству о том, что ситуация накалена до предела.
- Где внутренняя, политика?! Почему не работает?! – кричала в телефон работница областного акимата. – Срочно сюда акима Шахтинска!
Цена вопроса – 2,8 млрд тенге
Через несколько минут к прессе вышел аким Шахтинска Сержан АЙМАКОВ, в подчинении которого находится поселок Шахан.
Аким Шахтинска Сержан Аймаков чувствовал себя очень некомфортно в окружении прессы и шаханцев.
- Цена вопроса – 2,8 млрд тенге. Проектно-сметная документация на центральную котельную уже готова, прошла госэкспертизу. Но в этом году мы не успеем её построить. Надо сначала подать бюджетную заявку, получить одобрение, потом строительство. В лучшем случае котельную сдадим только к концу следующего года, - пояснил аким Шахтинска.
Чиновник явно не ожидал такого внимания к своей персоне. Старался отвечать на вопросы аккуратно. Но спустя некоторое время его заметили шаханцы и тоже стали подходить, чтобы задать вопросы. Г-н Аймаков заметно нервничал, но деваться ему было некуда.
Радуга над храмом
Когда служба уже подходила к концу, кто-то заметил над церковью радугу:
- Смотрите, чудо какое! Снег, метель и радуга!
- Хорошие люди были погибшие, раз радуга появилась. В рай попадут, - заметил кто-то из стоявших у церкви.
Пока из храма выносили гробы, над куполом действительно стояла радуга.
Пять гробов аккуратно поставили не небольшой площади перед церковью. И через несколько минут траурная процессия двинулась в сторону кладбища.
Родственники погибших попросили, чтобы в последний путь их близких проводили без фото- и видеокамер.
Как на пороховой бочке
Пока хоронили погибших, возле дома, где произошел взрыв, убирали последние строительные конструкции. В уцелевших комнатах с выбитыми окнами гулял ветер, который одиноко раздувал тюль и занавески.
Возле подъезда стояли припорошенные снегом потухшие свечи и детские игрушки, которые шаханцы принесли в память о погибших.
Жители поселка приходят посмотреть на то, что осталось от дома. У кого-то здесь жили знакомые. А кто-то просто приходит посмотреть, что может случиться в любой момент и с той котельной, которая расположена в подвале его пятиэтажки. Ведь котлы, которые обогревают шаханцев, сварены неизвестно кем и как. И следят за ними зачастую случайные люди, не имеющие соответствующей квалификации.
- Живём, как на пороховой бочке, - горько вздохнула бабуля, стоявшая у развалин дома. – У многих свои буржуйки на кухнях, а рядом газовые баллоны. Опасно, но куда деваться? Выживать-то надо…
Самое страшное – ближайшие две зимы ситуация вряд ли изменится в лучшую сторону…
Фото автора
