Китай предлагает региону новую модель экономики
Сегодня мы наблюдаем очень высокую активность Китая в Таджикистане, Кыргызстане и, безусловно, в Казахстане. Летом 2024 года Си Цзиньпин посетил Душанбе, и Китай инвестировал в строительство новых зданий парламента и правительства Таджикистана. Реализуется стратегический проект строительства железной дороги Китай–Кыргызстан–Узбекистан.
С другой стороны, в республиках региона усиливаются опасения относительно китайской экспансии. Вопрос в том, насколько они оправданы и какие риски действительно несут.
От многовекторности к дисбалансу
Долги – лишь часть этой картины, но весьма показательная. В Кыргызстане задолженность перед Китаем составляет около 40% всего внешнего долга, в Таджикистане – более четверти. В Казахстане – всего 3,5% ВВП, что пока выглядит относительно безопасно.
Но опасность не в текущих цифрах, а в динамике. Если долги продолжат расти, встанет вопрос об их обслуживании. Известный пример – порт Хамбантота в Шри-Ланке, переданный Китаю на 99 лет за долги. В Кыргызстане еще в 2021 году президент Жапаров прямо говорил: если страна не выплатит кредит Экспортно-импортному банку Китая, под угрозой могут оказаться ТЭЦ Бишкека, линии электропередачи и даже дороги.
По данным Lowy Institute, в 2025 году развивающиеся страны должны выплатить Китаю около $35 млрд по долгам, из них $22 млрд приходится на 75 наиболее бедных государств. Таким образом, Китай становится не только крупнейшим кредитором, но и самым жестким взыскателем долгов.
Инвестиции: новые возможности или зависимость?
Есть и другие проблемы. В Кыргызстане китайские инвесторы получили 70% продукции с угольных месторождений при сохранении лицензий у государства. В Узбекистане приток китайских компаний в строительный сектор обрушил цены на цемент, что привело к закрытию половины местных заводов. Девять из оставшихся 24 предприятий уже принадлежат китайским компаниям.
Экономическое присутствие Китая напрямую конвертируется в политический вес. Саммиты «Китай–Центральная Азия» стали важнейшей региональной площадкой, затмив по уровню влияния ЕАЭС, ШОС и другие форматы.
В 2023 году в Сиане Китай пообещал $3,7 млрд грантов и безвозмездной помощи странам региона, что закрепило его статус ведущей державы. Пекин действует мягко, но целенаправленно: наращивая влияние через инвестиции и финансовую помощь, он формирует долгосрочную зависимость.
Экономическая экспансия Китая в Центральной Азии – реальность, которая уже изменила региональную картину. Но это не обязательно угроза, если государства региона будут способны проводить адекватную экономическую политику, бороться с коррупцией и реально работать на интересы граждан. В таком случае сотрудничество с Китаем может стать источником устойчивого роста. В противном случае риски долговой и экономической зависимости будут лишь усиливаться.
Фото: Акорда
