Интерпретация событий «Первым каналом Евразия» вызвала всеобщее отторжение
О ситуации вокруг «Первого канала Евразия» сказано уже немало. Многие обращают внимание на вопросы профессионализма и этики, что, безусловно, важный аспект данной ситуации. Хотя и здесь не все однозначно, особенно - в оценках самих журналистов.
Одни возмущены тем, как могли пустить в эфир такой низкопробный материал, другим стыдно, что их коллеги вообще взялись отрабатывать чей-то заказ.
В этой ситуации есть еще один момент, касающийся вопроса ценностного содержания информационной политики. Почему этот материал вызвал такое абсолютное неприятие у всех? Потому что вот такой антагонизм - непримиримая борьба сторон, которым сквозил этот материал «Первого канала Евразия» - никогда не был присущ казахстанской политике. В нашей политике, конечно, есть свои линии разлома, разделения на группы, на лагеря, но нет разделения на «наших» и «врагов», нет баррикадного мышления, тем более «окопного». А этот материал пытался нам «впихнуть» интерпретацию земельного спора в нашем обществе через призму какого-то «глобального противостояния» - будто бы вокруг одни враги и заговорщики.
Эта антагонистическая интерпретация событий вызвала всеобщее отторжение. И в этом скандальном материале абсолютно все было другим - подача, тональность, риторика, лексика, что и вызвало такое резкое неприятие у всех. Мы так не говорим, мы даже так не критикуем оппонента. Поэтому помимо того, что этот материал с профессиональной точки зрения некачественный, а с этической стороны - не правильный, он еще и идеологический вредный и культурно чужой. Нельзя в политических дискуссиях и дебатах сталкивать общество, натравливать людей друг против друга.
Какие бы ни были дискуссии и острые моменты, мы сами во всем разберемся.
