Внешний вид Нацбанка резко контрастировал с видом участников суда, прибывшимив деловых костюмах. На ней была синяя в красно-оранжевых розах юбка средней длины, коротенький ярко-бирюзового цвета джинсо
Пока топ-менеджеры Национального банка изображают недовольство слухами о якобы грядущей девальвации, их юристы разгребают последствия минувшей.
Все началось с того, что юрист из Астаны Анатолий УТБАНОВ отправил в Нацбанк запрос с требованием разъяснить объективные основания, порядок принятия решения о февральской девальвации и какие расчеты были сделаны для оценки ее последствий. Пока знатоки главного банка страны ломали головы над 16 вопросами, юрист томился в ожидании, подсчитывая дни просрочки ответа. Потом на всякий случай поторопил их еще одним письмом, напоминая, что Нацбанк нарушает сроки и порядок рассмотрения обращений граждан. Через 60 дней долгожданное письмо все-таки нашло своего адресата. Но его содержание юриста не удовлетворило. В итоге защищать честь банка от надоедливого Утбанова пришлось в суде четырем самым лучшим штатным юристам.
Быть может, страна никогда не узнает имена этих доблестных заступников Нацбанка – двух парней интеллигентного вида и двух девушек, потому что называть свои должности и имена журналистам, освещающим процесс, они наотрез отказались.
- Вы точно сотрудники Нацбанка, может, вы вообще с улицы пришли? – сердилась пресса.
- Точно. Мы передавали документы суду, – спокойно отозвался парень-юрист. Одна из дам в юбке-клеш и коротенькой до бедра ветровке, сидевшая на задней скамье, оказалось самой ранимой в компании ответчиков.
- Вы не опускайтесь до оскорбления, - манерно пристыдила она репортеров.
Этой воспитательной репликой ее миссия на слушании была исчерпана. Девушка-юрист безразлично глядела в окно, покачивая ногой, пока другая, видимо, самая главная защитница в этой компании зачитывала 30-страничный отзыв на иск. Журналисты сразу предположили, что она может занимать должность главного юриста. Судья же предпочитал называть девушку Нацбанком.
Внешний вид Нацбанка резко контрастировал с видом участников суда, прибывшими, как предписывает этикет, в деловых костюмах. На ней была синяя в красно-оранжевых розах юбка средней длины, коротенький ярко-бирюзового цвета джинсовый жакет и пестрые балетки с открытым носом. Завитые локоны, сохранившие следы давней покраски, все время спадали Нацбанку на глаза, когда она перелистывала доклад тонкими пальцами, привлекая внимание бережно отращенным разноцветным маникюром с блестками.
Ответчики не желали общаться с журналистами и выступили против ведения аудио- и видеозаписи.
В своем часовом выступлении Нацбанк сообщила, что решение о проведении девальвации принималось коллегиально на заседании правления, однако принятый документ является внутренним и разглашению не подлежит.
По словам Нацбанка, Утбанова неоднократно уведомляли о продлении сроков рассмотрения его запроса. Ответчики даже предоставили суду уведомления о вручении Утбанову корреспонденции курьерской службой. Истец же все отрицал и заявил, что в уведомительных документах подделана его подпись. Его ходатайство о том, чтобы пригласить на суд сотрудников курьерской службы для выяснения обстоятельств и изучения их договора с Нацбанком, отклонили.
- Суд отказывает, - ответил судья, - потому что это не является … вручил или не вручил.
Утбанов настаивал на том, что Нацбанк нарушил его право на получение информации, поскольку в запоздалом письме его составители не дали конкретные ответы, а только сослались на то, что вся информация по существу содержится в публикациях в СМИ.
После прений прокурор просил отказать истцу в удовлетворении иска. Стороны надеялись, что судья сразу огласит решение, но тот, видимо, решил сохранить интригу и назначил очередное заседание на 4 августа.
Покидая здание суда, Нацбанк принялась звонить кому-то, требуя «перебить даты» и, не глядя в сторону репортеров, вероятно, ожидая от них какого-то подвоха, провела к выходу безымянных юристов, последовавших за ней гуськом.
На счет решения суда Утбанов не питает иллюзий и уже готовится к апелляции.
