О целлофановой степи и оцифрованной джигитовке

3246 просмотров
0
Индира КАРАУЛОВА
Понедельник, 04 Дек 2017, 15:00

В Музее современного искусства Эрарта в Санкт-Петербурге открылась выставка актуальных художников Алматы «Где-то в Великой степи»

На снимке: Сауле Сулейменова и Латиф Казбеков на открытии выставки.

Читайте также
Об искусственном фасаде благополучия страны

Скажем сразу: «Эрарта» - это не фамилия мецената. «Эра арта» - «эра искусства» - так расшифровывается название самого крупного частного музея современного искусства в России. 

В постоянной коллекции – 2800 работ более 300 художников из разных регионов страны.

В эти дни к ним присоединились пять казахстанских: Сауле СУЛЕЙМЕНОВА, Куаныш БАЗАРГАЛИЕВ, Арман САИН, Анвар МУСРЕПОВ и Суинбике СУЛЕЙМЕНОВА.

 
 

Куратор Владимир Назанский.

Читайте также
Когда все люди были казахские

Название выставки «Где-то в Великой степи», с одной стороны, отсылает внимательного зрителя к недавней алматинской выставке Сауле Сулейменовой с таким же названием, с другой – пытается объяснить нечто необъяснимое для не-казахстанца.

Где-то в Великой степи разбрасывают пластиковый и прочий мусор, и когда весной расцветают маки – им надо пробиться через разноцветье целлофановой и полиэтиленовой дряни.

Это разноцветье помогло Сауле Сулейменовой создать картины из мусора - этого самого пластика.

Где-то в Великой степи какие-то люди уверены: все начинается и заканчивается именно здесь и с нас – казахов. Отсюда – проект Куаныша Базаргалиева «Когда все люди были казахские».
И совсем из другой «степи» (и все равно из той же) его же знаковая живопись с  «казахскими» флагами и «кошкармюйизными» символами, где в основной элемент нашего орнамента вписывается любой символ, от тевтонского креста до свастики.

Художник Куаныш Базаргалиев.

Где-то в Великой степи казахи и принимают, и сопротивляются «Чужому» - голливудской страшилке. Об этом в работах Армана Саина.

Где-то в Великой степи еще осталось место для джигитовки – а, может, нет? В голограмме Анвара Мусрепова старинное казахское искусство оцифровывается, становясь чем-то эфемерным – исчезающим?..    

Читайте также
Народ надо рисовать!

Где-то в Великой степи, где места много, а людей мало, человеку все равно не хватает личного пространства. Каким оно было? Каким оно стало...

На примере шести людей Суинбике Сулейменова показывает в видеоинсталляции, как менялось личное пространство обычного казахстанца за 25 лет Независимости республики.

Пять авторов, представленных сегодня в музее Эрарта, принадлежат к двум разным поколениям казахстанских художников. Но и те, и другие задают себе и зрителю один и тот же актуальный вопрос – вопрос национальной идентичности.

Кто мы? – читается и в цифровой джигитовке, и целлофановой живописи.

Где мы в современном мире?

Где-то в Великой степи...

* Выставка проводится при поддержке Фонда Первого Президента.

На открытии выставки. Акнар Шарипбаева.

Фото предоставлено Сауле Сулейменовой и со страницы музея Эрарта в Фейсбуке.

Оставьте комментарий

король бельгийцев:
- Казахстан находится на передовых позициях в цифровизации. Страна разработала уникальные решения, особенно в области искусственного интеллекта.
Сокращение должности — не сокращение прав
Адвокат Асқат Сулубек о том, могут ли военнослужащего при сокращении должности заставить перейти на другую службу и отказаться от предусмотренных законом гарантий
Что принес Казахстану государственный визит Короля Бельгии
Порты, критические минералы, ИИ, университеты и медицина — какие договоренности закрепили Астана и Брюссель
Аваза-2026: Евразия учится считать не подписанные документы, а результаты
Цифровые коридоры, сеть СЭЗ и кибербезопасность вошли в число ключевых тем двух саммитов в Туркменистане
После землетрясения в Алматы: почему нельзя покупать и продавать недвижимость на эмоциях
Как страх меняет спрос на квартиры и дома, влияет на цену сделки и может стоить собственнику или покупателю миллионов тенге
Скотч, камча и стигма: как страх перед психиатрией едва не стоил жизни молодой матери
Как отличить послеродовой психоз от депрессии и когда необходима срочная помощь – мнение специалиста
Медведи рядом с Алматы: где их можно встретить и насколько это опасно
Фотоловушки фиксируют хищников на лесных тропах, а специалисты изучают маршруты передвижения краснокнижных животных
Токаев и новая геометрия Казахстана: Берлин, средняя держава, Совбез и общественный контроль
Виталий Колточник - о внешней политике Казахстана, новом Совбезе и перестройке государства
«Мүсіндер» в Almaty Museum of Arts: как казахстанская скульптура рассказывает нашу историю
Скульптура – это то, обо что вы спотыкаетесь, когда отходите назад, чтобы рассмотреть картину
Совет Безопасности становится вторым стратегическим контуром Президента Токаева
Тандем Карин - Балаева в этой конфигурации один из центральных элементов новой политической архитектуры
Город будущего построят в Алатауском районе Алматы
Что увидели журналисты во время пресс-тура по району
Дубай после бума: стоит ли казахстанцам инвестировать в ОАЭ в 2026 году
Главное преимущество недвижимости – наличие реального актива
Бездомные животные: закон есть, системы – нет
Почему ставка на массовое уничтожение не снижает ни численность, ни риски, и что на самом деле не сработало в действующей модели
Криптоплатеж при Президенте
Казахстан в ДТП каждый год теряет небольшой город
Главный редактор журнала «За рулём» комментирует ДТП на Аль-Фараби
В чьих интересах бомбили КТК?
Атаки беспилотников на Каспийский трубопроводный консорциум ударили по экономике Казахстана
От доступа к медицинской помощи до лекарственного обеспечения
Как системное игнорирование процедур публичного обсуждения меняет баланс законности в регулировании здравоохранения Казахстана
Национальный курултай и перезапуск политической жизни
Переход к однопалатному Парламенту и его переименование в Құрылтай