Ratel.kz публикует лучшие материалы авторов сайта за 2016 год
Журналисты, обозреватели и авторы нашего портала вспоминают уходящий год: какими самыми громкими и запоминающимися событиями он был наполнен.
Казах казаху – друг, товарищ и враг
В Алматы прошел закрытый показ художественного фильма «Оралман»
...Если бы не хеппи-энд, я бы не смогла посоветовать своим близким посмотреть этот фильм. Настолько щемящая интонация, по накалу сравнимая с лучшими корейскими картинами (когда в кадре просто старик – а зритель обливается слезами). Настолько узнаваемые отвратительные ситуации (когда «понаехали тут, и все им – и земля, и деньги»). И это ощущение, даже не трагедии – полной «безнадеги»...
Которая происходит здесь и сейчас, в нашей стране.
Причем не только с оралманами.
В данном случае судьба репатриантов – это просто призма, которая делает наши проблемы еще более выпуклыми.
В коротком казахском слове «жау», которым районный начальник награждает оралмана из Афганистана - страшная правда о нашем отношении друг к другу, и не суть – к шала-казаху? К казаху другого рода-племени-жуза? К оралману...
Сними хиджаб! Пора домой…
И снова - о хиджабе. О том самом платке и одежде, скрывающей фигуру, запястья рук и шею женщины, что в последнее время опять вызывает у нас ожесточенные споры.
Преподаватель заведующий циклом дизайна одежды и сценического костюма Академии искусств имени Т. Жургенова, основатель театра национального костюма «Арлан», заслуженный деятель искусств Республики Казахстан, отец трех дочерей Муслим ЖУМАГАЛИЕВ – о месте женщины в казахском обществе и о месте хиджаба в её жизни.
- Казашки носили не хиджаб, а жаулык и кимешек, - сказал Муслим. - Причем и у жаулыка, и у кимешека, было функциональное значение – не религиозное. То есть ничего общего с арабским хиджабом, который вдруг появился у нас… давайте напомню когда – в первое десятилетие нашей независимости.
Появился по совершенно простой причине: те, кто должен был отвечать за идеологию, занялись политикой. За лозунгами о подъеме национального самосознания, необходимости формирования новой государственной идеологии на самом деле ничего не стояло, никакой работы. А свято место пусто не бывает, и в нашу степь полезли все, в том числе представители разных религиозных учений со своим, чуждым нам, сводом правил… И эти правила, и эта своего рода идеология, судя по тому, что мы с вами сейчас видим, попали на благодатную почву.
Асель Баяндарова: Что ещё нельзя казашке
Почему наша женщина «не должна» знать анатомию человека вообще и мужчины – в частности, рассказывает врач-косметолог и блогер Асель Баяндарова
Что еще нельзя казашке? Это вопрос в последнее время часто муссируется в наших степях и наших сетях. И если просвещенные дамы казахстанской части Facebook, скорее, склонны иронизировать или, что еще ценее, самоиронизировать по этому поводу, то радикально-феодально настроенная прослойка нашего общества на полном серьезе (а порой и с пеной у рта) требует: «Не пущать!» и «Запрещать!» Или вот, самое любимое – «Знать своё место».
О том, почему ее посты вызывают эту самую «пену у рта» – та самая Асель БАЯНДАРОВА, алматинский врач-косметолог, чей пост и селфи в купальных плавках не так давно взорвали казахстанское интернет-пространство.
- Асель, объясните мне, пожалуйста, как на духу: что вы такого сделали?
- Я просто нарушила правила. Если хотите – правила ханжеской морали. Согласно ей, есть определенные правила игры - и по ним надо действовать. Тысячи наших девушек и женщин выкладывают в Facebook гораздо более откровенные фото, чем моё в купальных плавках, в гораздо более призывных позах, но все они размещены в полном соответствии с правилами. То есть фото появляется будто «промеждупрочим». И не с таким текстом, какой был у меня. А я эти правила нарушила и нарушаю, когда пишу о человеческом теле – особенно о мужском.
Канат Тасибеков: Не министру образования решать, каким будет следующее поколение казахстанцев
Автор бестселлера «Ситуативный казахский» считает, что введение трёхъязычия в школах – это вопрос о том, быть ли казахам вообще как народу.
Свою точку зрения Канат ТАСИБЕКОВ отстаивает в интервью Гульнар ТАНКАЕВОЙ.
- Когда мы говорим о трехъязычном образовании, получается следующее, - сказал Тасибеков. - Во-первых, казахский язык не может быть языком науки и техники; во-вторых, на нем нельзя преподавать всемирную историю; и есть еще «в-третьих», «в-четвертых», «в-пятых»... И все эти пункты вместе образуют жирный крест на казахском языке! Но кто мы такие, чтобы решать, что казахский язык, один из самых интересных тюркских языков, который был до нас и есть сейчас, именно на нас должен прерваться? Что больше его не будет? Потому что лично я считаю, что если в стране будут настаивать на политике трехъязычия, мы получим... Вот я сейчас очень стараюсь сказать как-нибудь помягче, поэтому давайте скажу просто: дети не будут знать казахского языка.
Казахский той: кому не страшен кризис
Когда Казнет завопил о миллионе долларов, потраченном на свадьбу дочери премьер-министра САГИНТАЕВА, знающие люди усмехнулись: это далеко не предел.
Уточню: не предел наших казахстанских финансовых возможностей и высоких личных амбиций. Если сложить первое и второе, где-нибудь на Западе получится дворец, яхта, частный самолет. У нас - если что, тоже дворец, яхта, самолет, но возглавит список, безусловно и неоспоримо, коротенькое слово ТОЙ.
Той у нас – всему и всем голова. Даже тем, кто хотя бы из чувства самосохранения в руководящем кресле не должен демонстрировать окружающим рекордный рост своего благосостояния.
...Если взять количество браков, заключенных в Казахстане, скажем, в прошлом, 2015 году – 148 769 (согласно официальной статистике), и умножить на стоимость той самой «самой бюджетной свадьбы» - получается 2 975 380 000. Почти три миллиарда долларов.
А теперь представьте, сколько в этих 148 769 браках свадеб детей состоятельных и высокопоставленных, и сумма в три миллиарда долларов сразу резко увеличится.
