Как правильно устроить вакуум в голове
На заре репортерской карьеры мне в редакции газеты «Ленинская смена» дали письмо читателя, который интересовался вновь открытым в Казахском государственном университете имени С. М. Кирова (ныне Казахский национальный университет имени аль-Фараби – М. А.) факультетом востоковедения. Из интервью с деканом факультета Абсаттаром ДЕРБИСАЛИЕВЫМ, ныне известным как Абсаттар Кажи ДЕРБИСАЛИ (директор Института востоковедения, бывший Верховный муфтий Казахстана – М. А.) запомнилась одна история.
В шестидесятых годах прошлого века на казахский язык был переведен литературный памятник – «Калила и Димна». В то время этот перевод жемчужины мировой литературы с русского на казахский язык отмечался как большое культурное достижение.
Это произведение было написано на санскрите на заре нашей эры. В нем от имени двух шакалов – Каратаки и Даманаки – обличались человеческие слабости и пороки.
«Калила и Димна» приобрели мировую известность и были переведены на множество языков: персидский, арабский, с арабского на русский.
Так вот, по словам Абсаттара Дербисалиева, ученые, исследовавшие казахскую литературу, не то в узбекских, не то в китайских архивах обнаружили стихи казахского поэта, жившего в 19 веке, в которых уже упоминалась «Калила и Димна». В этом стихотворении воспроизведен диалог, в котором один из собеседников высмеивает другого: «Сен «Калила мен Димнаны» оқымағансын (Ты не читал книгу «Калила и Димна)», - что подразумевало крайнюю степень необразованности.
Стихотворение было написано арабской графикой.
Но, дважды поменяв графику с арабской вязи на латиницу, а затем на кириллицу, мы отсекли от себя дореволюционную литературу, философию, исторические источники. Только единицы могут прочитать написанное казахами арабской вязью.
Другой пример. До революции один человек получил прекрасное образование в Египте, посещал библиотеки в Иране, писал на арабском и фарси. Вернувшись в Казахскую ССР, он до самой смерти считался неграмотным, потому что не знал русского языка, а латиницу так и не освоил.
Теперь мы снова уходим на латиницу. Может, это и хорошо, но что бы там ни говорили о транслитерации, когда компьютерная программа переводит текст из одной графики в другую – это дело очень сырое. Да, операция занимает пару секунд, но потом потребуются годы работы редакторов и корректоров, чтобы довести тексты до ума.
Кто за это будет платить?
А даже если и будут платить, страшно подумать, сколько денег украдут на этой операции, причем не факт, что будет хоть какой-то результат.
И вот еще вопрос – кто и по каким критериям будет отбирать произведения для перевода?
Возникает масса нюансов.
Один писатель идеологически не соответствует текущему моменту.
Другой – не того рода, что глава отборочной комиссии.
Третий – просто лично не нравится кому-нибудь на самом верху.
К примеру, живущего в Мэриленде Мухтара МАГАУИНА сочтут диссидентом и отложат его книжки до лучших времен.
Герольда БЕЛЬГЕРА и при жизни не особо жаловали.
Абдижамиль НУРПЕИСОВ всегда был неудобен.
Нет у меня уверенности, что следующие поколения казахов смогут прочитать транслитерированные труды Хамита ЕРГАЛИЕВА, Калтая МУХАМЕДЖАНОВА, Алтынбека САРСЕНБАЕВА, Марата ОСПАНОВА, стихи Заманбека НУРКАДИЛОВА, исследования Мухамеджана КАРАТАЕВА, статьи публицистов, аналитиков, филологов, историков, политиков и т.д.
В общем, есть простор для разгула административного творчества, интриг и прочих культурных радостей. Заодно можно и тексты слегка поправить, что-то изъять, а что-то и добавить…
Есть еще один подводный камень. Объективно существует тенденция к сокращению сферы применения русского языка, соответственно, будет сокращаться сфера применения кириллицы. Соответственно, каждое новое поколение, приучаемое к латинице, уже не будет воспринимать казахские тексты на кириллице - хотя бы потому, что это потребует определенных усилий.
Как и в случае с «Калилой и Димной», мы рискуем позабыть огромное количество авторов и их произведений, и вновь ослепнуть, утратив плоды труда нескольких поколений.
Кстати, объем этот несравнимо больший, чем тот, что был создан до революции. Просто потому, что в каждом городе издавалось несколько газет, выходило множество журналов, печатались книги десятков и сотен писателей и поэтов.
И, кстати, среди прочего будут преданы забвению речи, резолюции коммунистических съездов, протоколы заседаний парткомов и акиматов, документы, описывающие резонансные дела и разоблачения, расстрельные списки, доносы и другие, не менее интересные факты новейшего времени, в том числе после обретения независимости.
Мы многое забудем, а образовавший вакуум можно будет заполнить чем угодно.
А пипл, как говорят циничные политтехнологи, схавает все.
Это, конечно, очень удобно. Дернул ручку, и всю историю смыло в канализацию вместе с кириллицей.
Вот только мы надолго забудем, о чем же между собой толковали два шакала.
Иллюстрация: egofree.at.ua.
