Почему в Казахстане не уважают право собственности
В ряде стран после падения коммунистических режимов провели реституцию. Когда человек мог доказать, что здания, угодья, заводы и прочие объекты были национализированы властями у его предков, то имущество возвращалось потомкам законного владельца.
В Казахстане такая идея и не возникала. Возможно, потому что заводов было мало, городов тоже было не много, а если говорить про пастбища, то в архивах никто копаться не захотел.
Были люди, впрочем, которые пытались выкупить земли расстрелянных дедов, но даже это у них не получилось, не говоря уже о реституции. Новые времена – новые хозяева.
На мой взгляд, поэтому отношение к собственности в Казахстане очень легкое.
В том смысле, что ее очень легко потерять.
Охотник за собственностью может легко отнять у вас и квартиру, и землю, и бизнес.
Все скандалы последних лет, в том числе и политические, конечной целью имели перераспределение собственности.
Слабых людей убивали и продолжают убивать черные риелторы.
Мелкие собственники мечутся в поисках справедливости, пытаясь взыскать долги, с риском оказаться под уголовным делом.
Богатые люди в любой момент, в зависимости от политической ситуации, могут лишиться всего – и бизнеса, и недвижимости, и банковских вкладов.
Стандартная история: один партнер, желающий избавиться от совладельца бизнеса, обращается в полицию, суд, другие структуры. Как по мановению палочки вся система встает на его защиту, хоть суды, хоть полиция, хоть эксперты. В результате доля в бизнесе переходит инициатору передела собственности, причем бывший совладелец еще, оказывается, и должен денег. Да, уголовные дела рассыпаются "за отсутствием состава преступления", но это уже вообще никого не интересует.
На самом верху просто делают предложение, от которого нельзя отказаться, и люди сами переписывают все движимое-недвижимое имущество, лишь бы уйти по-хорошему своим пешком.
Любой аким ведет себя как полноправный владелец региона – тендеры, бессмысленная замена бордюров, доходные бизнесы – нет такого человека из простых смертных, кто мог бы устоять перед хорошо отлаженной машиной по переделу собственности и финансовых потоков.
Поведение правоохранителей и судейских по абсолютно одинаковым кейсам различается диаметрально.
В одном случае можно годами пытаться взыскать долги, в другом – полиция отгоняет судебных исполнителей, отказывает в возбуждении расследования за неисполнение судебных решений и т.д.
Нельзя сказать, что только чиновники у нас невыносимо легко относятся к чужой собственности.
Если вам нужна популярность – предложите списать кредиты, поднять социальные выплаты, национализировать предприятия, запретить продажу земли и пусть богатые за все платят. Любовь народа и статус борца за счастье казахов вам обеспечены.
Сразу оговорюсь – в условиях Казахстана, когда публика более чем хорошо информирована, как элита получила собственность, не вложив ни тыина, требования взять и все поделить вполне справедливы, как бы горько это не было признавать.
Но такое отношение верхов к собственности порождает и другие отклонения от нормы.
Особо никого и не удивляет, если ноутбуки, подаренные детям благотворительным фондом для учебы на удаленке, выставляют на продажу. Мысль о том, что это собственность ребенка, его первая в жизни личная вещь, даже не приходит в голову.
Чем дороже районы в городах, тем уже улочки, зажатые огромными особняками, где с трудом разъезжаются статусные внедорожники. - Красная линия? – Нет, не слышали. И это тоже форма неуважения к общественной собственности.
Купить асфальт у ремонтников и подлатать свой двор допустимо, даже несмотря на очевидное соучастие в воровстве и последующие страдания от некачественного подъезда к дому.
Двадцать лет людям пытались внушить мысль, что пенсионные накопления – это их собственность, но интересоваться состоянием счетов люди начали только после того, как появилась возможность снять часть денег досрочно.
К главе многодетной семьи, получившей большую квартиру от государства, пришел родственник и предложил ее заложить, а платить, мол, он будет сам. Естественно, кинул родню. Когда судебные исполнители пришли выселять семью, один из детей спрыгнул с крыши девятиэтажки.
Почему у нас проваливаются одна программа за другой, а вся страна покрыта скелетами динозавров форсированного развития и индустриализации?
Все просто. Топ-менеджерам плевать на собственность, свалившуюся им в руки. Люди, неспособные выстроить небольшой бизнес, с блеском хоронят миллиарды, оставаясь всегда востребованными.
Поскольку деньги и ресурсы как бы государственные, значит, они ничьи. Спроса за них не будет.
Весь вопрос только в том, как долго мы протянем с таким отношением к собственности. Когда у человека нет гарантий, что его имущество не просто охраняется законом, а право собственности – хоть своей, хоть чужой - священно, мало что связывает его с родиной.
Главный лозунг кубинской революции – "Еl socialismo o muerte". В переводе – социализм или смерть. Победив, Фидель КАСТРО национализировал все, что было на Кубе.
Вот уже полвека кубинцы живут в нищете.
Но у них хоть тепло, есть сигары, ром и сальса с румбой.
Мы же воссоздали у себя какую-то дичайшую форму государства, когда б главным источником богатства граждан является не труд, не предприимчивость, а возможность любым способом что-то вырвать из бюджета, попилить Национальный фонд, отжать чей-то успешный бизнес и стащить вообще все, до чего дотянутся руки.
Все это называется социально-ориентированным государством.
Но такой социализм – это смерть.
Иллюстративное фото: myslo.ru/Анатолий Струнин.
